Книжный рынок и издательства   Библиотеки   Образование
и наука
  Конкурс
“Университетская книга”

Октябрь 2019
"Издательские инициативы: стратегия и тактика"

  • Лойда ГАРСИА-ФЕБО: «Наше будущее - в помощи людям»
  • Драйверы рынка и инвестиции в развитие
  • Книжный фикс-прайс: российские перспективы
  • ИФЛА-2019: диалог для изменений



МультиВход

t8

 

Интервью

Книжный рынок

Вузовские издательства

Искусство издавать

Библиотеки

Образование

Инновационные технологии

Электронные библиотеки

Культура книги

Библиогеография

Библиотехнологии

Выставки и конференции

Конкурсы и премии

Документы

Copyright.ru

КНИГА+

Год литературы

Журнал Онлайн

 

obnar-zaimstv-2019

 

ufimskiy-salon-2019

 

lit-flagman1




 

rgdb-podari-rebenku


Рассылка


Международная публикационная активность ведущих российских университетов в 2013 г. (окончание)
23.11.2014 16:10

Окончание. Начало в предыдущем номере

Средняя цитируемость: вопросы оперативности

Показатель средней цитируемости журнальных публикаций на одного НПР, т.е. показатель качества научной работы, значимости и востребованности опубликованных работ сотрудников вуза в мировом профессиональном сообществе, традиционно низок для российских организаций (рис. 1). Для группы из 11 участников проекта «5–100» среднее значение этого показателя в 20 раз ниже среднего значения для зарубежных вузов-референтов и в 13 раз ниже среднего значения для лидирующего ядра НГУ, МИФИ и МФТИ.

На показатель средней цитируемости на одного НПР значительное влияние, кроме, разумеется, размера персонала вуза, оказывает фактор дисциплинарной принадлежности журнала, в котором размещаются публикации: статьи по одним предметным областям начинают цитироваться раньше статей по другим тематикам. Цитатное поведение в значительной мере зависит от тематики журналов [1–3]. Например, публикации по многим областям биомедицины начинают цитироваться гораздо раньше, нежели работы по математике или экономике, и ссылки на медицинские статьи приходят уже в год издания самих статей. Повышенным оперативным спросом пользуются также известные политематические журналы типа Nature или Science и международно признанные отраслевые издания с широким тематическим охватом типа Lancet или Reviews of Modern Physics. Скорость цитируемости этих изданий определяется через так называемый показатель immediacy index, или, согласно предложенному В.В. Писляковым переводу, индекс оперативности, который интерпретируется как средняя цитируемость статей в журнале в год выхода самих статей и показывает, насколько быстро становятся известны в научном мире статьи, опубликованные в журнале [3, с. 6–7; 4, с. 133–134]. По данным JCR, индекс оперативности почти 900 авторитетных периодических изданий по различным предметным областям составляет выше единицы за 2013 г. При этом индекс оперативности у 63 из 288 ведущих журналов по молекулярной биологии и генетике, а также у 35 из 297 журналов по физике превышает единицу. Аналогичный показатель для изданий по математике – всего у трёх журналов из 470. Соответственно, те статьи, которые публикуются в журналах с высокой оперативной цитируемостью, заведомо могут иметь преимущество перед публикациями в журналах с обычным цитатным поведением, при условии если анализируются результаты по цитируемости за короткий постпубликационный срок. В данной статье не проводится детальный анализ журнального репертуара участников проекта «5–100» в системе WoS CC, но не учитывать указанные библиометрические нюансы не следует.

Факторы успеха

Достойный результат международного уровня демонстрирует НГУ, у которого показатель средней цитируемости превышает единицу в расчёте на каждого НПР. Благоприятным фактором для НГУ, среднего по размерам и не имеющего широкой филиальной сети университета, оказываются долголетние и прочные связи с Сибирским отделением РАН (далее – СО РАН): большинство преподавательского состава НГУ – это научные сотрудники институтов СО РАН. Они, как правило, более искушены в исследовательской и публикационной деятельности, да и профессиональный английский язык знают лучше, нежели рядовые штатные преподаватели. Высокий показатель средней цитируемости на одного НПР при коротком периоде публикационного и цитатного окон (напомним, расчёты производятся для публикаций, изданных в 2013 г.), возможно, определяется наличием языковых, информационных и публикационных компетенций у новосибирских авторов, тем арсеналом академических навыков, что даёт им возможность публиковать качественные работы в авторитетных журналах, которые имеют достаточно высокие показатели оперативной цитируемости. Справедливости ради уточним, что в данной статье лишь предполагается связь между высокими значениями библиометрических показателей и наличием определённого набора академических компетенций у новосибирцев, так как специального анализа по компетенциям НПР в области производства и распространения научных результатов ни для НГУ, ни для других участников проекта «5–100» не проводилось.

Кроме НГУ, на фоне остальных участников проекта «5–100», далеко отстающих от ядра российских лидеров по показателю средней цитируемости на одного НПР, выделяются позиции МИФИ и МФТИ. Но даже передовые московские вузы пока ещё с трудом пытаются конкурировать с зарубежными университетами в умении публиковаться в авторитетных журналах с высоким уровнем индекса оперативности, в которых цитируемость опубликованных работ начинается уже в год выхода публикации. У референтов только Technische Universität München показывает результат в 0,5 ссылок на одного НПР. Среди российских вузов аналогичный показатель выше только у НГУ, к уровню немецкого вуза приближается МИФИ (рис. 1).

mezhd-publ-akt-1-2

Ограниченный корпус квалифицированных публикующихся авторов производит недостаточный объём научных публикаций, которые, в свою очередь, собирают незначительное число ссылок. Однако существует ещё одна причина низкой цитируемости российских публикаций, в том числе и оперативной: российские авторы зачастую предпочитают «не лезть на рожон» и не посылать свои работы в востребованные международные издания, а двигаться по проторенной дороге и публиковаться там, где процент отказов в приёмке рукописей по результатам рецензирования ниже, т.е. в отечественных журналах, индексируемых в WoS CC. В настоящее время в этой системе насчитывается всего 167 таких изданий. Согласно актуальным данным JCR, у 16 журналов из 150 российских изданий, входящих в эту базу, показатель импакт-фактора за 2013 г. выше единицы. При этом ни у одного российского издания текущее значение индекса оперативности не превышает единицу. Всего у двух изданий этот индекс выше 0,5, и ещё у 10 изданий его значение находится в диапазоне от 0,3 до 0,5. Для остальных 138 российских журналов значение индекса оперативности и того меньше. Вероятность получения хотя бы одной ссылки на статью, опубликованную в российском журнале, входящем в WoS CC, в год выхода самой статьи, например в 2013 г., не превышает 11%. Чтобы получить эту самую ссылку, необходимо гарантированно опубликовать не менее девяти, лучше 10 статей. В то же время почти 45% всех журнальных публикаций в WoS CC в 2013 г. университетов проекта «5–100» приходится именно на отечественные издания. Но если у лидеров – НГУ, МИФИ и МФТИ – доля статей в зарубежных изданиях с высокой оперативной цитируемостью составляет значимую часть их совокупного массива публикаций, то у остальных участников основной публикационный поток идёт в международных и российских журналах с «невыразительным» индексом оперативности.

Средняя нормализованная цитируемость

Несколько лучше оказались результаты сравнительного анализа по показателю средней нормализованной цитируемости журнальных публикаций (рис. 2). Все три российских университета, которые обозначили своё лидерство в публикационной деятельности в проекте «5–100» – МИФИ, НГУ и МФТИ, – продемонстрировали высокое качество своих статей, выше среднемирового уровня, равного единице. Правда, медианное значение этого показателя для всей группы российских университетов из этого проекта – всего 0,56, что почти в два раза ниже среднего значения по миру.

В отличие от показателя средней цитируемости на одного НПР, для данного индикатора не столь значим размер персонала, сколько средняя цитируемость статей, опубликованных вузом, в соотношении к общемировому показателю средней цитируемости статей во всём мире. Решающее значение для расчёта показателя за короткий интервал окон публикаций и цитирования имеет число работ, опубликованных в изданиях с высоким индексом оперативности. Вуз может опубликовать незначительное число работ в журналах с очень высоким индексом оперативности, и его показатель средней нормализованной цитируемости может превзойти мировой уровень. Но это будет своего рода «выброс», флуктуация. Чтобы достичь устойчивого высокого показателя нормализованной цитируемости, университету необходимо публиковать много работ в высокоцитируемых журналах по разным научным направлениям или сконцентрировать публикационную активность на определённом кластере ведущих журналов по определённым профильным дисциплинам.

Высокий результат МИФИ (основная специализация которого относится к области ядерной физики) по показателю средней нормализованной цитируемости, превосходящий мировой уровень более чем в два раза, как раз объясняется высокой публикационной активностью этого вуза в востребованных международных изданиях по определённым областям физической науки – ядерной физике, физике элементарных частиц и физике высоких энергий. 23% всех публикаций вуза, которые принесли в 2013–2014 гг. 75% всех полученных ссылок, приходится всего на пять ведущих журналов в этих дисциплинах – PhysicsLettersB, PhysicalReviewD, JournalofHighEnergyPhysics, PhysicalReviewLettersи EuropeanPhysicalJournal C. Ничего парадоксального в этом результате нет, поскольку на эти журналы приходятся самые цитируемые совместные публикации международных физических коллабораций – ATLAS Collaboration, BELLE Collaboration, ALICE Collaboration и др., в работе которых принимают участие сотрудники МИФИ[1].


1. Физические коллаборации – это крупные международные научные коллективы, объединяющие тысячи учёных из сотен организаций из разных стран мира, которые проводят передовые исследования в области физики элементарных частиц и физики высоких энергий, публикуются в самых авторитетных, востребованных и оперативно цитируемых профильных журналах.

Любопытно отметить, что у University of Pittsburgh, чей показатель чуть-чуть ниже, чем у МИФИ, научные приоритеты на 60% сосредоточены в направлениях биомедицины, но такой высокой концентрации публикаций в определённых предметных областях и отраслевых изданиях у этого университета не наблюдается. Для публикационного поведения НГУ и МФТИ, чьи показатели превышают среднемировой уровень, также не характерен такой уровень концентрации публикаций в определённых журналах, как у МИФИ, хотя МФТИ тоже более сфокусирован на физических дисциплинах. Перед МИФИ и МФТИ стоит задача диверсификации исследовательской активности, развития меж- и трансдисциплинарных тематик, изначально связанных с физико-техническими проблемами, активное освоение перспективных смежных тематических кластеров, особенно в направлениях биомедицины и энергетики. Расширение тематического репертуара исследований приведёт к расширению журнального репертуара, увеличению числа публикаций. В противном случае оба вуза могут не попасть на лидирующие позиции в общемировом зачёте рейтингов THE или QS, где необходимо показывать не узкую специализацию, а развитие научной и образовательной деятельности во многих отраслях современного знания. То есть МФТИ и МИФИ могут упрочить свои лидирующие позиции в предметном рейтинге THE Physical Sciences (63-я и 74-я позиции соответственно), но перейти в общемировую лигу на места во второй, не говоря уже о первой, сотне им будет сложно. Таковы правила игры в ведущих международных рейтинговых агентствах [2; 3; 7].

Отметим также неплохой результат Казанского (Приволжского) федерального университета (далее по тексту – КФУ), который по показателю средней нормализованной цитируемости 0,87 приближается к среднемировому значению. В дисциплинарном публикационном репертуаре КФУ как классический университет представлен, помимо физики, разнообразным по научным областям набором публикаций. Однако, как и в случае с публикационными лидерами проекта «5–100» – классическим НГУ и техническими МИФИ и МФТИ, да и остальными участниками проекта «5-100» тоже, следует признать, что значительную часть их успешного публикационного потока – того, что читается в международном сообществе, что представляет интерес для мировой науки, что в итоге приносит цитируемость, – составляют статьи по физике: 40% всего совокупного публикационного потока университетов «5–100» и 58% всех получаемых ссылок. Однако, выражаясь экономическим языком, максимальным спросом в мире сейчас пользуются публикации в области биомедицины, а это направление в публикационных массивах участников «5–100» представлено гораздо слабее, нежели традиционные для российской науки физика, химия, математика и технические науки. Впрочем, публикации по физике в университетах-референтах, безусловно, есть, они составляют 10% от общего массива и получают около 20% всех ссылок. Но для вузов-референтов более значимыми оказываются статьи по клинической медицине: это почти треть совокупного публикационного потока и 60% всей ссылочной массы. Возможно, здесь срабатывает синергетический эффект политематической концентрации исследований: те университеты, которые имеют широкую дисциплинарную специализацию и одновременно развивают мультидисциплинарные исследования, могут достигать значительно более высоких публикационных показателей по сравнению с университетами, где степень специализации крайне высока при ограниченном наборе исследовательских областей [5, с. 654–655, 657]. В любом случае необходимо проведение детального анализа дисциплинарной специализации университетов проекта «5–100». Предметный дисбаланс в отечественной научной политике, исследовательской работе и, соответственно, публикационной практике ещё долго будет оказывать негативное влияние на реальные показатели воспроизводства научных результатов и конкурентоспособность российской науки в целом и её отдельных организаций на международном уровне [6, с. 4–7].

Роль международного сотрудничества

Пожалуй, самыми позитивными стали результаты сравнительного анализа публикационных массивов университетов из проекта «5–100» и зарубежных вузов-референтов с точки зрения доли в них международных публикаций (рис. 3 и 4). Среднее арифметическое значение показателя числа публикаций для всей группы ведущих отечественных университетов лишь немного уступает аналогичному показателю для референтов – 37% и 42% соответственно. Статьи с международным соавторством приносят российским ведущим университетам в среднем более 66% всех ссылок против 58% у вузов-референтов.

mezhd-publ-akt-3

mezhd-publ-akt-4

В целом, только у четырёх отечественных вузов – УрФУ, ДВФУ, Самарского государственного аэрокосмического университета им. академика С.П. Королёва и Нижегородского государственного университета им. Н.И. Лобачевского – доля международных публикаций составляет менее трети от всех статей, опубликованных в журналах из WoS CC. А среди университетов-референтов таких вузов два – National Taiwan University и University of Pittsburgh. Шесть российских университетов – МИФИ, МФТИ, НГУ, ВШЭ, ИТМО и СПбГПУ (Санкт-Петербургский государственный политехнический университет) – показали долю международных публикаций в своих публикационных массивах 2013 г. выше 40%. И именно международные публикации принесли девяти российским университетам не менее 60% всех ссылок. У абсолютного российского лидера по этому показателю – МИФИ – доля статей составила 53% – чуть ниже, чем у University of Auckland (59%) и на одном уровне с Technische Universität München (также 53%). Но эти статьи обеспечили МИФИ 96% всех ссылок за 2013–2014 гг. Во многом этот результат объясняется участием МИФИ в работе международных физических коллабораций, как уже было отмечено в комментариях к рис. 2.

Среди других участников проекта «5–100» в работе международных физических коллабораций принимают участие также сотрудники НГУ, МФТИ и СПбГПУ, но такого насыщенного потока статей, созданных в рамках деятельности международных коллективов, как у МИФИ, нет даже у новосибирцев. В целом российские университеты по степени вовлечённости в работу больших международных научных коллективов в разных направлениях современной науки (коллаборации образуются не только в физике, но и в химии, биомедицине, например) и участия в международной публикационной активности мало чем отличаются от университетов-референтов: доля «коллаборационных» публикаций у тех и других составляет примерно 5% от их общего массива статей. В такой ситуации возникает один закономерный вопрос: если у большинства университетов из проекта «5–100» достаточно приличный показатель международного публикационного сотрудничества, которое в относительном измерении приносит хорошие результаты, если российские учёные, в основном, участвуют в международных авторских коллективах совместно с коллегами из Германии, США, Франции, Италии, Великобритании, Испании, и Китая, стран с передовой наукой, то почему же общие показатели публикационной активности вузов «5–100» – число опубликованных работ и число полученных ссылок на одного НПР – оказываются незначительными по сравнению с зарубежными вузами-референтами? Ответ прост: востребованные на мировом уровне публикации с высокой цитируемостью у участников проекта «5–100» немногочисленны, и они просто «размазываются» по общему массиву публикаций с низкой или вообще отсутствующей цитируемостью.

Основные выводы

По основным библиометрическим индикаторам научной результативности за 2013 г. университеты проекта «5–100» показывают результаты, не позволяющие сейчас большинству участников проекта успешно конкурировать с зарубежными вузами, входящими в ТОП-200 мировых рейтингов THE и QS. Международную публикационную деятельность большинства ведущих российских университетов можно охарактеризовать одной фразой: сравнительно небольшие по размерам вузы с недостаточно подготовленным персоналом производят в не самых авторитетных журналах небольшое число публикаций, которые не вызывают интереса в мировом научном сообществе. Сплошные «не»… Чтобы выйти на уровень конкуренции с ведущими университетами мира, российским вузам надо убрать из предыдущей фразы все «не», а именно:

·         увеличить размеры организаций, в первую очередь штат научных сотрудников;

·         подготовить на базе НПР вуза и внешних приглашённых сотрудников квалифицированный и компетентный корпус исследователей, обеспечив их ресурсами, условиями и инфраструктурой, в том числе бюджетом рабочего времени, необходимыми для проведения исследований и создания научных работ;

·         развивать исследовательскую деятельность в новых междисциплинарных тематических областях, формировать прорывные исследовательские фронты на основе традиционно развитых для российских вузов научных дисциплин;

·         наращивать объёмы производства публикаций в международных журналах с высоким уровнем импакт-фактора и оперативной цитируемости, в том числе за счёт мотивации и стимулирования.

Нельзя забывать и про достигнутые успехи. Большинство участников «5–100» активно развивает международное сотрудничество, участвует в крупных международных научных коллаборациях, вовлечено в международные авторские коллективы. Пока для большинства университетов это нереализованный, но важный потенциал для развития будущей публикационной активности, при условии что российскую науку не коснутся изоляционистские меры, например, как продолжение экономических санкций Запада, или как следствие тенденций протекционизма со стороны собственного государства.

Есть и другие положительные результаты. Формально на основании данных сравнительного анализа можно говорить, что на международном уровне конкурентоспособности находятся НГУ, МИФИ и МФТИ. Эти три вуза в целом демонстрируют неплохие результаты в разных аспектах оценки публикационной деятельности. Отметим как положительный результат наличие достаточно активной периферийной зоны, окружающей лидеров и включающей ТГУ, ИТМО, КФУ, СПбГПУ и ВШЭ. Эти вузы по отдельным индикаторам показывают результаты, дающие, что называется, надежду на лучшее. Воздержимся от утверждений и предсказаний относительно позиций в рейтинговых таблицах мировых лиг THE и QS, которые могут занять в ближайшее время НГУ, МИФИ и МФТИ. Всё-таки оценка вузов в данной работе была ограниченной, и анализ проводился только по библиометрическим индикаторам и за короткий промежуток времени.

Важно отметить, что для полной картины публикационной деятельности ведущих отечественных университетов необходимо провести более детальные исследования за больший, чем один год, временной интервал по следующим направлениям.

1. Сравнительный анализ журнального репертуара участников проекта «5–100» и зарубежных вузов-референтов в системах WoS CC или Scopus. Такое исследование покажет, в каких журналах предпочитают публиковаться авторы из российских университетов и в каких журналах публикуются авторы из референтных организаций, в каких журналах российские организации могут получить лучшие публикационные результаты.

2. Сравнительный анализ дисциплинарной специализации в исследованиях университетов проекта «5–100» и зарубежных вузов-референтов. Этот анализ покажет, насколько велика (или слаба) специализация в научной деятельности российских университетов, уровень развития междисциплинарных тематических кластеров, насколько близки (или отдалены) научные работы российских вузов от передовых исследовательских фронтов.

3. Сравнительный анализ международной публикационной деятельности университетов проекта «5–100», в том числе участия в международных авторских коллективах. Такой анализ определит эффект «цитатной выгоды» для международных публикаций с российским соавторством, с авторами из каких стран и из каких организаций выгоднее публиковаться российским исследователям, а также покажет, как работает эффект Матфея в цитировании опубликованных за рубежом статей учёных из отечественных университетов [7].

4. Сравнительный анализ публикационной деятельности авторского корпуса университетов проекта «5–100» и зарубежных вузов-референтов в международных журналах, входящих в системы WoS CC или Scopus. Исследование покажет уровень активности НПР университетов, публикующихся в международных журналах, каков авторский потенциал участников проекта «5–100», в каких дисциплинарных областях количество и продуктивность работы авторов соответствует мировому уровню, а в каких нет.

Перед российскими университетами из проекта «5–100» стоит глобальная задача: с одной стороны, продемонстрировать высокую научную продуктивность и увеличить число публикаций, а, с другой, обеспечить их качество и авторитетность в международном сообществе, получить на опубликованные работы значительное число ссылок и показать хорошую цитируемость. Каждому вузу – участнику проекта «5–100» целесообразно разработать стратегию развития публикационной деятельности и определить механизмы и инструменты, способствующие росту результатов публикационной деятельности с учётом возможностей и потребностей конкретного университета. Особое внимание сегодня стоит уделить следующим механизмам, которые могут принести гарантированные результаты.

1. Российский и международный рекрутинг «звёздных имён», т.е. известных отечественных и зарубежных учёных, высококвалифицированных сотрудников академических институтов и амбициозных молодых зарубежных и отечественных исследователей. Среди всех механизмов, способствующих росту публикационной деятельности, рекрутинг, особенно международный, является наиболее дорогостоящим, но приносящим быстрые победы, ведь вуз получает в свой штат готового профессионала, знающего, что, где и как надо публиковать.

2. Публикация статей в международных журналах открытого доступа, которые дают возможность увеличения количества публикаций и получения оперативной цитируемости. Так как полные тексты статей в таких журналах открыты и бесплатны для всех пользователей Интернета, как правило, цитироваться такие статьи начинают быстрее, нежели публикации в изданиях, распространяемых по подписке. Стоимость одной статьи в изданиях открытого доступа составляет 90–100 тыс. рублей, но оплата происходит только после процедуры рецензирования. Реализация механизма возможна в течение одного-двух лет.

3. Повышение квалификации НПР, освоение информационно-аналитических компетенций и навыков академического письма. Квалифицированное владение указанными навыками позволяет научно-педагогическому работнику свободно и эффективно осуществлять поиск и обработку информации, писать и публиковать статьи в ведущих англоязычных зарубежных журналах, капитализировать результаты своего интеллектуального труда и многое другое, что в результате ведёт к росту престижности и рейтинга его университета. На «апгрейд» штата университету понадобится не менее трёх лет.

4. Система стимулирования публикационной активности. Данный механизм основан на мотивации сотрудника в виде системы финансового или иного поощрения за публикации в международных журналах. Рассматривая этот механизм, нельзя не упомянуть о репутационных издержках. Если сотрудники университетов публикуются в некачественных журналах, которые объявляют себя открытыми и международными, то вуз должен ожидать наступления определённых рисков, связанных со снижением авторитета и репутации. Сначала это почувствует на себе сам автор, затем – организация, которую он представляет. Чтобы избежать этого, необходимо уметь отличать зёрна от плевел, авторитетные журналы от «пустышек»[2].


2. В 2013 г. с подобной проблемой столкнулись практически все участники проекта «5–100» за исключением МФТИ, НГУ и СГАУ, которые не поддались на искушение двух пакистанских журналов, ныне отчисленных из международной системы Scopus за нарушение норм международной издательской этики.

Запускается механизм стимулирования достаточно быстро, в течение года-двух.

В целом на реализацию перечисленных механизмов как единой системы у университета уйдёт от двух до трёх лет, что означает получение публикационных результатов в районе 2017–2018 гг.; некоторые инструменты могут дать более быстрые результаты. Но реализация не одного, а всех предложенных способов вместе создаёт систему устойчивого воспроизводства качественных публикаций в международных журналах, да ещё в значительном количестве, что в итоге даёт возможность университету добиваться высоких результатов в международных рейтингах и успешно конкурировать на национальном и мировом рынках.

mezhd-publ-literatura

Автор Павел Геннадьевич Арефьев, главный специалист Национального фонда подготовки кадров

Опубликовано в номере ноябрь 2014

 



Какие форматы доступа на электронную периодику для вас наиболее интересны?
 

 


webbanner-08-video

 

 webbanner-07-nacproekt

 

 webbanner-01-neb

 

 webbanner-02-fz-o-kulture

 

webbanner-red-03-ebs

 

webbanner-red-04-kn-rynok

 

 webbanner-red-05period-pechat

 

 webbanner-red-06-ros-poligrafiya

 

webbanner-red-10-sost-kultury

 
Copyright © ООО Издательский дом "Университетская книга" 2011
Все права защищены.
Студия Web-diamond.ru
разработка сайтов и интернет-магазинов.