Книжный рынок и издательства   Библиотеки   Образование
и наука
  Конкурс
“Университетская книга”

Май 2020
"Э-ресурсы: апгрейд сервисов или цифровая паника?"

  • Андрей ГУСЬКОВ: «Главные достижения ещё впереди»
  • Российская интернет-экономика: рост на паузу
  • Эволюция онлайн-образования
  • Чтение россиян: форматы и практики



МультиВход

t8-03-2020

 

Интервью

Книжный рынок

Вузовские издательства

Искусство издавать

Библиотеки

Образование

Инновационные технологии

Электронные библиотеки

Культура книги

Библиогеография

Библиотехнологии

Выставки и конференции

Конкурсы и премии

Документы

Copyright.ru

КНИГА+

Год литературы

Журнал Онлайн

 

forum-obrazovanie-2020




 

rgdb-podari-rebenku


Рассылка


В ожидании эры филологии. Ч. 2
02.03.2020 08:56

Продолжение материала о деловой части программы VIII Санкт-Петербургского культурного форума.

Начало в Ч.1

v-ozhidanii-2-1

ИСКУССТВЕННЫЙ ИНТЕЛЛЕКТ: ТВОРЧЕСТВО НОВЫХ САПИЕНСОВ

В октябре 2019 г. на аукционе Christie's за 432 тыс. долларов была продана картина группы художников OBVIOUS, создавших с помощью искусственного интеллекта (ИИ) серию портретов семейства Белами, которого никогда не существовало. Технически это происходило так: около 15 тыс. работ загрузили в систему, написали открытый код, подходящий интерфейс, а генеративно-состязательная нейронная сеть создавала изображения.

В том же 2019 г. Государственный Эрмитаж провёл выставку «Диалог культур и искусственный интеллект», в рамках которой были представлены несколько работ из серии Белами. Данные прецеденты свидетельствуют: говорить о том, что ИИ в искусстве больше ничего не значит, мы не вправе. Это то, с чем нам нужно научиться работать, и необходимо понять, как к данному феномену следует относиться.

v-ozhidanii-2-klingemannО том, какое искусство сегодня можно создать с помощью машинного обучения, рассказал художник Марио КЛИНГЕМАНН, бывший резидент Google Arts & Culture Lab, который последние четыре года использует в своём творчестве ИИ. Одна из самых известных его работ — автономная машина «Воспоминания прохожих»: она использует нейронные сети для создания бесконечного, никогда не повторяющегося и никогда не прекращающегося потока художественных портретов несуществующих людей.

— Я пытаюсь создать вещь, которая будет способна удивить покупателя даже через 10 лет, — объяснил художник. — Конечно, традиционная картина через десять лет не осыплется, не развалится — будет висеть веками. А вот по поводу моего механизма возникают вопросы: станет ли он работать, скажем, без электричества? К тому же это нечто такое, что непросто понять, осознать, к чему сложно привыкнуть. Тем не менее я уверен: это новое направление творчества, в котором многие скоро начнут развиваться.

v-ozhidanii-2-lloydЗачем людям вообще такое искусство? Какая у него роль? На эти вопросы ответил представитель аукциона Christie's, глава международного отдела печати и мультипликации Ричард ЛЛОЙД.

— Портрет — это не только фотография того, кто позирует, но и отражение самого художника: в такой картине он раскрывает себя. Мне кажется, что произведения, созданные ИИ, смогут дать нам понять, что происходит в его «голове». Мы поймём, как машина видит наш мир. Это исключительно важно, потому что в современном мире алгоритмы приобретают всё больше власти.

v-ozhidanii-2-ozerkovИИ входит в жизнь музеев, так же как и в жизнь всего остального общества. К дискуссии подключился руководитель Отдела современного искусства Государственного Эрмитажа, руководитель проекта «Эрмитаж 20/21» Дмитрий ОЗЕРКОВ.

— По большому счёту наш мир роботизируется. Мы не листаем книги, чтобы отыскать какую-то иллюстрацию для лекции, а находим её в Интернете, не переводим тексты вручную. Дело дошло и до творчества: художник и писатель могут использовать какой-то механизм, чтобы создавать свои произведения. В Эрмитаже мы стремимся показывать что-то новое, ведь здесь должно быть представлено всё: от палеолита до современного искусства. Выставка «Искусственный интеллект и диалог культур» была призвана показать работы 12 художников из разных стран, ведь везде ИИ воспринимается по-разному. Были работы простые, со всем софтом наружу, и более сложные, которые пытались играть в эстетику старого искусства. Важно то, что это оказалось в контексте Эрмитажа.

Сегодня наше представление о музее меняется. У нас нет времени, для того чтобы стоять перед картиной и предаваться размышлениям. Посетитель музея не хочет быть пассивным зрителем, которому внушают какие-то истины. Он стремится исполнять произведение сам: чувствовать его, играть в него, становиться его частью. Музей в этом смысле распадается на две составляющие. С одной стороны, он продолжает быть платформой для художников. С другой — становится новостной лентой для людей, которые получают информацию через Интернет. 10 лет назад мы приступили к эксперименту в области искусства, к сопоставлению старого и нового, обычного и необычного, механического и художественного. Такой подход позволяет менять картины на скульптуры, скульптуры на инсталляции, те на текстиль, а последний — на искусственный интеллект, тасовать страны и направления. Основная задача — показать общий контекст, а поскольку ИИ вошёл в часть высокого искусства, мы стали первым музеем, который представил его на своей площадке.

v-ozhidanii-2-chernigovskayaНикакого искусства нет, если нет зрителя, независимо от того, сделано оно с помощью программы или исполнено человеком, уверена доктор наук по физиологии и теории языка, заведующая лабораторией когнитивных исследований СПбГУ Татьяна ЧЕРНИГОВСКАЯ.

— Мы играем в игры с нейросетями, которые теперь ещё создают произведения искусства. Если они начинают включаться в нашу человеческую цивилизацию таким образом, то это совсем другая игра. Поэтому вопрос в следующем: кто потребитель этого искусства — человек или такая же машина? Мы зашли настолько далеко, что создаём параллельную планету, на которой будут жить новые сапиенсы. Вообще, нам никто не обещал, что системы ИИ должны быть похожи на нас. Эволюционируя, они могут стать совсем другими, они не обязаны нас копировать. Я ничего не имею против робота-пылесоса. Но если ИИ начинает нас замещать в профессии и творчестве, то нужно задать себе серьёзный вопрос: планируем ли мы жить на этой планете?

Конечно, всегда можно сказать, что мы лучше, что никакой ИИ не напишет Боттичелли, не исполнит Вивальди. Хотя если напряжётся, то исполнит, но зачем? Речь идёт не о создании копии, а о каком-то новом креативном ходе. Несколько лет назад программы стали выигрывать у людей: сначала в шахматы, потом в го, в покер… При этом ИИ придумал ходы такой красоты, которые людям в голову не приходили.

Но если мы встречаемся с сознанием, которое абсолютно другое, то что оно в нас увидит? У людей восприятие категориальное, но кто сказал, что категориальная сетка того ИИ, который стал развиваться самостоятельно, будет такой же, как у нас?

Искусство остаётся актуальным, если у него есть компетентный зритель, слушатель или читатель. И огромное значение имеет контекст. Ю.М. Лотман писал о самонарастании смысла. Книга, которая была написана 200 лет назад, сегодня уже не такая, какой была изначально. С тех пор она обросла дополнительными смыслами. Человек XXI века читает её иначе, чем века девятнадцатого. ИИ предлагает новые интересные ходы, с которыми нам предстоит жить.

v-ozhidanii-2-uskovaВ термине «искусственный интеллект» главное слово — интеллект, считает Ольга УСКОВА, основатель и президент группы компаний Cognitive Technologies.

— Сегодня мы живём в смешанном обществе, где присутствуют биологические существа и силиконовые, т.е. ИИ. Когда вы общаетесь в Интернете, то не можете быть уверенными в том, что ваш собеседник — человек. Уже сегодня уровень внедрения ИИ достаточно высок. Сейчас в мире существует более десятка эффективных инструментов, основанных на нейронных сетях глубокого обучения и позволяющих создавать произведения искусства. Тем не менее это предполагает большую работу по обучению машины. Этот труд по количеству затраченных человекочасов не меньше, чем при создании произведений традиционными способами.

Антрополог и структуралист Клод Леви-Стросс говорил о том, что биологические виды стремятся к тотемизации. Они создают символы, для того чтобы объединяться в группы. Этот процесс не закончился. Но если раньше были тотемы солнца, ветра, воды, то теперь их роль выполняет ИИ. Вокруг некоторых понятий начинают образовываться партии последователей, которые создают мысленные связи. Когда Леви-Стросс объяснял такие явления, как искусство и культура, он оперировал понятием «коллективное бессознательное». Что делает произведение шедевром? Коллективное голосование. Если бы к «Джоконде» не стояла очередь и она не была бы окружена энергетикой миллионов людей, эта картина не стала бы шедевром. В этом смысле та ситуация в области ИИ, которая возникла на рынке искусства, только начинает формироваться. И связана она будет прежде всего с темой новых форм. Бессмысленно пытаться при помощи ИИ рисовать картину в традициях Рембранта или Матисса. Эта часть уже ушла, революция случилась. К слову, 432 тыс. долларов — не та сумма, которая впечатлит специалиста, работающего с ИИ. У нас обороты другие — это десятки миллионов долларов. И то, что голосование было таким слабым, означает, что не был пробит потолок эмоционального запроса людей на искусство в новом, смешанном, обществе.

Важный элемент такого искусства — это интерактив. Хотим или нет, но мы находимся в режиме соревнования с ИИ. И искусство здесь играет ключевую роль, поскольку создаёт эмоциональные триггеры и целевые функции. Шедевр — это то, что собирает вокруг себя коллективное бессознательное. Творец, который станет создавать произведения с использованием ИИ, должен будет сделать нечто совершенно новое. При этом важно не потерять биологическое существо из эмоциональной картины мира. Как только люди перестанут играть важную роль в мировом эмоциональном интеллекте, человеческий род прекратится. Поэтому эксперименты, которые начал делать Эрмитаж, так важны. В конце концов, сами люди: потребители, зрители, слушатели — должны выразить своё отношение к творчеству нейросетей. Ключевая эмоция сегодня — тревога о будущем. Нам страшно, потому что мы не понимаем того, что происходит. Восстановить доверие — задача искусства, творцов. Тема ближайшего десятилетия — показать то, что происходит за картинкой: как работает искусственный мозг, и здесь мы ждём новых имён и прорывов.

v-ozhidanii-2-2

Очевидно, что художники из арт-группы OBVIOUS лишь использовали наработки программистов. Кто должен получать прибыль? Художник, создатель кода или сам алгоритм? Вопрос гораздо глубже и шире, считает Т. Черниговская: кто вообще отвечает за действия ИИ.

— Если машина-робот наезжает на пешехода, кто в этом виноват: владелец машины, тот, кто её программировал, тот, кто вложил в неё не только ПДД, но и этические нормы? В момент, когда у ИИ появится то, что в англоязычном мире называется self, грубо говоря сознание, он станет не объектом, а субъектом права, и об этом ничего не знает юриспруденция. Представьте: существует база данных, в которой собраны томограммы реальных преступников, и выясняется, что данные какого-то человека, ещё ничего не совершившего, на них очень похожи. С одной стороны, есть презумпция невиновности, с другой — что же, теперь ждать, пока он что-то сотворит? Если ИИ стал личностью, это означает, что его нельзя стереть, поскольку это убийство. Мы попали в другую цивилизацию, и здесь нужно вырабатывать новые правила жизни.

Коллегу поддержала О. Ускова:

— Действительно, после революции нужно создавать новые моральные кодексы и правила игры. В век технических открытий мы разучились договариваться. Для того чтобы договориться по расщеплённому атому, понадобились Хиросима и Нагасаки. Чтобы договориться по ИИ, у нас не будет такой возможности: если в какой-то момент произойдёт самоосознание (это действительно этап развития нейронных сетей), а мы не поставим никаких технологических ограничений, то человечество может погибнуть одномоментно. Сегодня нейросети находятся на этапе распознавания смыслов. В частности, электронный мозг автомобиля пытается понять происходящее на дороге и это примерно такое же состояние, как у ребёнка двух — пяти лет. Но очень скоро они повзрослеют. Наша компания уже подписала хартию о том, что не участвует в создании вооружения, и мы ждём такого же шага от Google. Очень долго, почти 100 лет, филологи были в загоне. Сейчас наступает эра филологии: правительствам так или иначе придётся договариваться.

В складывающихся обстоятельствах не вполне понятно, чему сейчас нужно учить детей. Что должно стать ключевой компетенцией ребёнка сегодня, если у него есть художественные склонности? Должен он идти в школу искусств и учиться работать традиционными способами? Или это время ушло и ему нужно учить код? Эксперты прокомментировали и данный вопрос.

Т. Черниговская:

— Я знаю, чему учить не нужно. Нам следует прекратить состязаться с компьютерами в том, кто быстрее решает задачи. Эту битву мы давно проиграли. Отличник у меня лежит в сумке: он не устаёт, не влюбляется, у него не болит голова, не бывает депрессии, он быстро считает. Нужно другое: чтобы у детей были открыты глаза, чтобы они не боялись меняющегося мира. Детям необходимо показать, что они имеют право на ошибку. Они должны понимать: не бывает людей без провалов. Ничего особенного в этом нет: сегодня провал, а завтра выигрыш. Они не должны находиться под прессом условностей и неприятностей. В том числе они должны научиться так называемым мягким навыкам. Если что-то и остаётся за человечеством, это то, что не попадает в алгоритмы. У нас в голове не только формулы, но и мягкие знания, аналоговые процедуры.

О. Ускова:

— У нас очень молодой бизнес. Средний возраст нейронщика — от 19 до 28 лет. Думаю, что в искусстве заняты люди ещё моложе. Мы начали с институтов, но поняли, что нужна школа. Сейчас движемся к детскому саду. При этом для себя мы выработали некоторые правила. Первое — мозг нужно тренировать, как и любую мышцу, иначе не будут формироваться нейронные связи. Способ тренировки зависит от склада ума ребёнка. Если он филологический, то нужно учить стихи, читать сложные тексты. Сейчас динамика поступления информации очень высока, а мы биологически устроены так, что наша динамическая память достаточно небольшая: обрабатывается всего 7–8%. Очень многое происходит на бессознательном уровне. Ключевой момент — дать ребёнку мотивацию самостоятельно отбирать информацию и формулировать цели. Нейролингвисты говорят о том, что человек может выдержать любую нагрузку, но только если у него есть цель. В Ленинграде была блокада, люди выживали в концлагерях. Но если нет цели, люди разлагаются даже в идеальных условиях. Зона ответственности родителей и учителей — помочь сформировать локальные и стратегические цели.

v-ozhidanii-2-3

ВОПРОСЫ ЦЕНЗУРЫ И ЭТИКИ

Секция «Массовые коммуникации» в этом году предложила своим гостям новый формат общения. Вместо панельных дискуссий — ток-шоу, разбор реальных кейсов, обсуждение новостной повестки, питчинг-сессии, баттлы. В работе секции приняли участие более 70 экспертов, в их числе 24 иностранных спикера.

Примеры фейк-ньюз и их влияние на общество рассматривали эксперты дискуссии «Самоцензура и журналистская этика в эпоху хайпа». Традиционным СМИ сегодня приходится работать в очень конкурентной среде, в которой правила игры определены не для всех участников. При этом эффективность работы журналиста и его СМИ демонстрируют цифры.

— Мы живём в жестокое время, когда успешность медиа измеряется двумя критериями: вниманием аудитории (количеством посещений и дочитываний материалов на сайте) и её участием (лайки и репосты), — заявил директор «ТАСС Северо-Запад» Александр ПОТЕХИН. — Можно говорить о высокой миссии СМИ, культурном потенциале, отстаивании ценностей, но ни то ни другое не будет донесено до аудитории, если она не обращает на СМИ внимания, не дочитывает и не репостит. Давайте вернёмся на землю. Жизнь идёт в Сети.

В погоне за трафиком традиционные СМИ часто проигрывают в неравной конкуренции с блогерами и свободным Интернетом. О кризисе классических средств массовой информации говорили практически все спикеры секции. Журналистская работа подразумевает проверку фактов, их анализ, уточнение мнений сторон, однако всё это требует времени. А время — главный фактор в информации. В итоге в гонке чаще побеждают интерпретации новостей. Их авторы не несут ответственности за качество и полноту информации, зато неплохо на ней зарабатывают. Генеральный директор ИА «Аргументы и факты» Руслан НОВИКОВ констатировал:

— Мы девальвировали уровень доверия к медиа через огромное количество хайпа и топ-спикеров, которые изрекают непроверенную информацию, что в итоге влияет не только на мнение миллионов людей, но и на экономики стран.

Разбирая потрясшую весь мир трагедию в Кемерово, когда произошёл пожар в ТЦ «Зимняя вишня», эксперты пришли к выводу: на хайп очень сложно ответить опровержением. Журналисты рассказывали о том, как на их глазах разворачивалось манипулирование цифрами с количеством жертв пожара. Некоторые издания выдавали непроверенную информацию и получали увеличение трафика в полтора-два раза. Остановить безумный хайп на горе удалось благодаря действиям властей, разрешившим профессиональным журналистам удостовериться в правдивости официальной статистики и самим дать оценку происходящему.

Именно журналистская этика, по мнению экспертов, в итоге сохранит профессиональные СМИ.

— В Западной Европе индекс доверия к традиционным СМИ растёт, потому что в Сети огромное количество непроверенной информации. Традиционные СМИ — это какая-то гарантия того, что ты получишь проверенную информацию, — заключил Р. Новиков. Он привёл в пример газету «Гардиан», которая на 30% сократила контент на своём цифровом ресурсе. Издание сделало ставку не на оперативность, не на объём, а на качество и индивидуальность материалов и добавило себе 50% аудитории. Эксперт уверен, что медиарынок стабилизируется, когда найдёт новую модель монетизации, а неестественное для человека потребление потоковых новостей сменит выбор пользователей в пользу качественных СМИ, которым можно доверять.

Опубликовано в номере январь-февраль 2020

 



telegram-1-1
 
Какие форматы доступа на электронную периодику для вас наиболее интересны?
 

 

  aski 30 


 


webbanner-08-video

 

 webbanner-07-nacproekt

 

 webbanner-01-neb

 

 webbanner-02-fz-o-kulture

 

webbanner-red-03-ebs

 

webbanner-red-04-kn-rynok

 

 webbanner-red-05period-pechat

 

 webbanner-red-06-ros-poligrafiya

 

webbanner-red-kult

 
Copyright © ООО Издательский дом "Университетская книга" 2011
Все права защищены.
Студия Web-diamond.ru
разработка сайтов и интернет-магазинов.