Книжный рынок и издательства   Библиотеки   Образование
и наука
  Конкурс
“Университетская книга”

Ноябрь 2019
"Книга и чтение в культурном коде человечества"

  • Михаил ШЕПЕЛЬ: «Ставка на личную мотивацию сотрудников и совместное управление библиотекой»
  • НЭБ, ФКС и возрастная маркировка контента
  • Аудиокниги: кроссмедийный подход и работа с аудиторией
  • Российские книжные: совместное будущее



МультиВход

t8

 

Интервью

Книжный рынок

Вузовские издательства

Искусство издавать

Библиотеки

Образование

Инновационные технологии

Электронные библиотеки

Культура книги

Библиогеография

Библиотехнологии

Выставки и конференции

Конкурсы и премии

Документы

Copyright.ru

КНИГА+

Год литературы

Журнал Онлайн

 

lit-flagman1




 

rgdb-podari-rebenku


Рассылка


«Мысленный волк» Алексея Варламова
31.10.2014 23:00

Алексей ВАРЛАМОВ многим знаком по серии «Жизнь замечательных людей»: его авторству принадлежат книги о Михаиле Пришвине, Александре Грине, Алексее Толстом и др. Этой осенью писатель представил на суд читателей роман «Мысленный волк», над которым работал последние четыре года. Действие книги происходит в один из самых острых и сложных периодов российской истории – с лета 1914 г. по зиму 1918 г. Среди героев этого художественного произведения можно встретить реальных исторических персонажей – Григория Распутина, Василия Розанова и других.

varlamov— Алексей Николаевич, о чём Ваш новый роман?

— Книга очень важна для меня, потому что это – попытка высказаться на тему, которая меня очень волнует, – что случилось с Россией в XX в. Мне представляется, что самые ощутимые корни нашего сегодняшнего бытия относятся к эпохе 100-летней давности, когда в головах людей зарождалась новая смута, революция. Собственно, о рождении революционной смуты в сознании наших предков и написан этот роман.

— М. Пришвин – любопытная фигура, которая не очень воспринимается в этом контексте, – советский писатель, который писал детские истории, рассказы о природе. Вы, поскольку занимались его биографией, знаете его в другом качестве. Почему именно он Вам показался интересным в контексте событий романа?

— Пришвин действительно очень интересная и загадочная фигура, хотя бы потому, что это человек, который прожил удивительно счастливую и честную жизнь в XX в. Очень трудно, чтобы два этих качества гармонично сочетались. А в пришвинском случае всё именно так и произошло. Это был человек, который сумел избежать всех соблазнов, ловушек, непростых коллизий своего времени. И что самое главное, он не просто через них счастливо прошёл, а оставил об этом свидетельства. Пришвин, я думаю, один из самых глубоких и честных летописцев эпохи. И пришвинский дневник, который не так давно стал известен читателю, для меня стал открытием. В начале 1990-х гг., когда было совсем не понятно, куда идёт Россия и что с ней происходит, пришвинские записки для меня во многом были опорой.

Очень важно понимать: русская история так устроена, что не всегда в ней всё гладко, периодически с Россией случается что-то страшное. И опыт людей, которые через это прошли, пережили тяжёлые времена и сумели прожить счастливо, даёт нам важные уроки. Знаете, у Пришвина один из самых ярких рассказов называется «Охота за счастьем». Уметь охотиться за счастьем в любых условиях, не отчаиваться, не падать духом, при этом сохранив своё достоинство, своё лицо, – этот позитив мне был очень важен, потому что ведь в русской литературе часто преобладают негативные настроения, отрицательных героев больше, чем положительных. У Пришвина есть замечательные слова о том, что русская дорога то расширяется, то сужается. И человек, который движется по этой дороге, тоже либо идёт свободно и вольготно с людьми, которые его окружают, либо ему приходится толкаться, преодолевать трудности, но скоро дорога снова расширится.

— Насколько реальны те истории, которые описаны в романе?

— Скажем так, если бы в этой книге всё было строго документально, то в ней не было бы смысла, потому что документальные произведения я на эту тему уже написал. Если бы в этой книге всё было до конца неправдой, это тоже было бы для меня странно, потому что зачем писать неправду, когда правда существует? Есть некий зазор между истиной и мифом. Проблема заключается в том, что писатели, художники Серебряного века – это были люди, которые вокруг себя создавали легенду. Это было их жизненное кредо. Собственно, этот зазор мне и хотелось заполнить.

Скажем, у Пришвина в эпоху революции была нежная влюблённость в свою юную соседку – он её в дневнике зовёт Козочкой. У него было какое-то смешанное чувство и нежности, и влечения к ней, и заботы – сложный комплекс чувств. Домыслить эту историю мне очень хотелось.

У него были очень драматические отношения с В. Розановым, его гимназическим учителем в Ельце, и он очень много об этом писал, но всё равно остались какие-то лакуны. Что-то важное всё-таки произошло в отношениях между учителем и учеником. И предложить свою версию, заполнить пробел мне было важно.

Одним из ключевых персонажей моего романа стал Григорий Распутин, о котором я опять-таки написал книгу в серии «ЖЗЛ» – очень большую, документальную, поэтому, возможно, рассчитанную даже не на среднего, а на подготовленного читателя. Но когда я эту книгу написал, то почувствовал, что документы – документами, факты – фактами, а любой персонаж, и Распутин в том числе, любопытен не только фактической стороной своей жизни, но и опять-таки вот этим зазором, который есть между его истинной жизнью и теми легендами, которые вокруг него складывались.

— Есть такое мнение, что революция 1917 г. Целиком и полностью разрушила всю культуру, историю, все государственные институты, страна абсолютно изменилась. Как Вам кажется, насколько правомерно так говорить, или это было логичное следствие того развития, по которому шла наша история в начале XX в.?

— Да, устои снесены были, и сначала они были снесены в головах, а только потом оказались разрушены в реальной жизни. Оцените хотя бы такой факт. Последний русский император Николай II сейчас для очень многих людей – безусловно, святой человек, мученик, страстотерпец, ему многие поклоняются, в память о нём возводятся храмы, устраиваются крестные ходы. Но в жизни у Николая II было минимальное количество защитников, практически вся Россия была настроена против него. По крайне мере, те люди, которые называли себя тогда интеллигентами, в руках которых были СМИ, почти все были настроены антимонархически. И более того, когда Николай II отрёкся от престола, Россия действительно ликовала. В Петрограде проходили масштабные праздничные манифестации, и даже Русская Церковь не высказалась в поддержку императора и приняла в большинстве своём Временное правительство. И вот попытаться понять, почему это произошло, – чрезвычайно важно.

Меня вообще занимает проблема невероятного маятника русской истории и русского сознания. Когда Россия вступила в Первую мировую войну, 20 июля 1914 г. по русскому календарю, тоже было ликование, манифестации в Москве, в Санкт-Петербурге. Манифестанты разгромили немецкое посольство с упоением, со сладострастием. Была полная уверенность, что Россия права, мы разгромим немцев в течение нескольких месяцев. И, кстати, мой герой – В. Розанов – даже написал книгу «Война 1914 года и русское возрождение». Он был уверен, что Россия выйдет из этой войны богатой, сильной страной, и это будет последняя крупная война в истории человечества, после которой наступит всеобщий справедливый мир, Россия получит то, что она всегда хотела получить, т.е. Константинополь, проливы и даже Святую Землю. И русские архиереи всерьёз обсуждали вопрос, кем заселять территорию современных Израиля и Палестины. Но мы знаем, что эти ожидания оказались обмануты. А уже в 1918 г. те же самые жители Петрограда, которые ликовали в начале войны, ждали немцев как освободителей от большевиков. Для нас, русских, урок истории заключается в том, что нам ни в коем случае нельзя впадать в крайности, в какую-либо эйфорию, потому что ничего хорошего из этого получиться не может.

— Почему у Вашего романа такое название?

— Название восходит к одной из православных молитв, составленных Иоанном Златоустом. Я помню, что когда впервые прочёл эту молитву, она меня поразила лексически словесно и художественно. Там есть такие слова: «От мысленного волка звероуловлен буду». И вот сам строй этой фразы проник в моё сознание, и я стал думать, что это такое, почему «звероуловлен», кто такой мысленный волк. Чем дольше я над этим размышлял, тем ближе этот волк оказывался к моему роману, потому что изначально там предполагалось другое название, и этой идеи даже не было.

— Читаете ли Вы историческую литературу, работая над своими книгами?

— Какой-то специальной цели писать исторический роман у меня не было. Но для того чтобы понять атмосферу 1914 г., мало одних мемуаров, дневников, которых я прочёл в избытке, когда работал над книгами серии «ЖЗЛ». Очень большим подспорьем для меня стало чтение тогдашних газет и журналов, особенно журнала «Нива». Так получилось, что Первая мировая война – действительно война неизвестная, она заслонена событиями более поздних времён – революцией, Гражданской войной, советским периодом. И поэтому многие героические страницы, подвиги русских солдат в Первой мировой войне – всё это осталось для нас неизвестным.

Мне было очень интересно сравнивать, как работала русская пропаганда того периода, с работой советской пропаганды. Когда ты это читаешь, возникает ощущение переклички двух эпох – Первой мировой и Великой Отечественой войн.

— Какие у Вас творческие планы?

— Я сейчас заканчиваю книгу о Василии Шукшине – это совсем другая эпоха и другой герой, но, тем не менее, так получилось, что меня увлекла эта личность.

Опубликовано в номере ноябрь 2014

 



Какие форматы доступа на электронную периодику для вас наиболее интересны?
 

 


webbanner-08-video

 

 webbanner-07-nacproekt

 

 webbanner-01-neb

 

 webbanner-02-fz-o-kulture

 

webbanner-red-03-ebs

 

webbanner-red-04-kn-rynok

 

 webbanner-red-05period-pechat

 

 webbanner-red-06-ros-poligrafiya

 

webbanner-red-10-sost-kultury

 
Copyright © ООО Издательский дом "Университетская книга" 2011
Все права защищены.
Студия Web-diamond.ru
разработка сайтов и интернет-магазинов.