Книжный рынок и издательства   Библиотеки   Образование
и наука
  Конкурс
“Университетская книга”

Июнь 2017
"Информационное общество: технологии и смыслы"

  • Михаил ЯКУШЕВ: "У Рунета возможен любой сценарий развития"
  • Формируя будущее библиотек: как наладить эффективное взаимодействие с властью
  • Научные журналы: о чистоте в рядах
  • XXI РИФ+КИБ



МультиВход

Интервью

Книжный рынок

Вузовские издательства

Искусство издавать

Библиотеки

Образование

Инновационные технологии

Электронные библиотеки

Культура книги

Библиогеография

Библиотехнологии

Выставки и конференции

Конкурсы и премии

Документы

Copyright.ru

КНИГА+

Год литературы

Журнал Онлайн




 

rgdb-podari-rebenku


Рассылка


Авторское право: очередной разбор полетов
25.10.2012 08:19

На протяжении последних полутора лет в книжном и библиотечном сообществах не утихают споры в отношении положений поправок к IV части ГК РФ, которые касаются оцифровки современных произведений. Последний месяц сопровождался активными консультациями руководителей издательств учебной и научной литературы, которые высказались категорически против принимаемых поправок, результатом чего стало открытое обращение издателей к Президенту РФ (см. «Университетская КНИГА», сентябрь, 2012) и в профильные комитеты Государственной Думы РФ с предлагаемыми поправками (полная версия изменений опубликована на www.unkniga.ru).

Понимая неоднозначность и сложность ситуации, «УК» при поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям в рамках XXV ММКВЯ инициировал проведение конференции «Авторское право и интеллектуальная собственность», на которую были приглашены все заинтересованные стороны  – законодатели, представители министерств, высший библиотечный менеджмент, руководители издательств, юристы. Предполагалось, что данная площадка послужит стартом для конструктивного диалога, как минимум, и выработки концептуальных соглашений по обозначенным вопросам, как максимум. Однако накал страстей, нежелание слышать и даже слушать друг друга позволили лишь частично приблизиться к обозначенным задачам, которые, мы надеемся, удастся решить в ходе дальнейших рабочих встреч и переговоров между издателями и библиотекарями. К чему приведут обсуждаемые меры на практике, насколько учитываются мнения издательского, библиотечного сообществ и как действительно можно сохранить баланс – когда и правообладатель уверен в легальности использования своего контента, и потребитель сохраняет за собой права на доступ к информации?

 

Полная видеоверсия конференции размещена на сайтах www.aselibrary.ru и www.unkniga.ru, а мы предлагаем читателям экспертные мнения участников.

Григорий Ивлиевстатс-секретарь, заместитель министра культуры Российской Федерации: Для издателей, правообладателей, авторов, библиотекарей одинаково важны вопросы защиты авторских прав во всех информационно-коммуникационных сетях. И этот вопрос нужно начинать обсуждать именно с широкого контекста. Для нас важно разобраться в базовых понятиях и изменениях ГК РФ, которые сейчас проходят стадию второго чтения, а также в поправках, предлагаемых заинтересованными сторонами, которые будут сводиться и обсуждаться рабочей группой. Самое главное, что мы должны понять – есть ли инструменты получения легального контента во всех информационно-коммуникационных сетях. Такие инструменты нам и предлагает IV часть ГК РФ, законодательно закрепляя понятие информационного посредника как термин. Важно определение предмета, который мы регулируем, не просто как Интернета, а как информационно-коммуникационных сетей. Именно поэтому в той редакции, которая нам известна после первого чтения, внесены изменения, которые поддерживает Минкультуры РФ. Не менее острым вопросом в создании легального контента в Интернете является оцифровка. Хочу обратить внимание на то, что когда говорят о создании электронных копий, как правило, подразумевают только документы, охраняемые авторским правом. Это не совсем так. Минкультуры РФ проводит большую работу по представлению в цифровой форме всего нашего духовного богатства, в том числе и старых книг, мы уже сейчас оцениваем весь масштаб дореволюционных изданий, которые бы нам хотелось видеть в цифровой форме. Созданная Национальная электронная библиотека сейчас включает более 1 млн изданий, и работа по этому направлению продолжается. Разумеется, в рамках действующего гражданского законодательства мы проводим оцифровку и охраняемых авторским правом произведений, индивидуально договариваясь с каждым автором и издателем. Работа с охраняемыми произведениями пока осуществляется исключительно в локальном масштабе и находится на начальном этапе. Мы ужесточаем права, которые позволяют работать с такими произведениями только в рамках библиотечных помещений. Процесс этот непростой, выделяются средства, при этом создаётся не только сам образ произведения с возможностью его использования. Параллельно осуществляются проекты по созданию необходимых программ, оборудования, защищённых сетей. Мы рассматриваем все предложения, которые бы позволили нам организовать контроль за этой деятельностью в полном масштабе. В то же время мы уже сейчас проводим работу по поддержке того легального цифрового контента, который может быть доступен безо всяких ограничений. Мы надеемся, что через 5-6 лет в России основные знания будут представлены в цифровой форме. Для решения этого вопроса в обозримом будущем мы сформулируем положения ГК РФ, так, чтобы документы, имеющие исключительно научное и образовательное значение, можно было цифровать в более свободной форме но, разумеется, легально. Сейчас мы приобретаем права для внутрибиблиотечного использования, которое охватывает 500 виртуальных залов, а за несколько лет планируем создать 2,5-3 тыс. виртуальных залов. Эта работа требует серьёзной технологии, хотя бытует представление о том, что для этого ничего не нужно и достаточно отправить электронную копию, и она станет частью этой системы. На самом деле всё гораздо сложнее: нужны программы для распознавания, очистки, оформления и учёта произведений.

Виталий Калятин, руководитель направления интеллектуальной собственности ОАО «РОСНАНО»: На протяжении последних двух лет рабочая группа по подготовке IV части ГК РФ действовала совместно с Российским книжным союзом, и текст поправок, внесённый в Госдуму РФ, был согласован с этой организацией, за исключением одного пункта, по которому были расхождения, а именно: какие конкретно библиотеки могут оцифровывать книги – только национальные или все. На протяжении этого периода в Комитет по законодательству обращались все заинтересованные лица, задавали вопросы, предлагали поправки, шла открытая дискуссия. По многим пунктам правообладателям удалось продвинуть проект в свою сторону, в первую очередь это касалось регулирования Интернета, ответственности интернет-провайдеров и т.д. С другой стороны, можно заметить очевидное расширение возможностей использования результатов интеллектуальной деятельности, произведений, т.е. появились статьи о новых лицензиях, изменилась лицензия на односторонние сделки. Поправки коснулись и права на отзыв (теперь автор не может отозвать своё произведение), а также возможности безвозмездных договоров. После того, как мы пришли к определённому консенсусу по этим вопросам, проект был передан в Государственно-правовое управление Правительства РФ, и оттуда также поступили поправки, которые в данный момент находятся в Комитете по законодательству Государственной Думы. Дата второго чтения законопроекта пока не определена, и, возможно, письмо, отправленное издателями Президенту РФ, окажет влияние на её определение. Думаю, что на стадии второго чтения будет достаточно времени, чтобы обсудить критику. По существу ст. 1275 мы должны найти вариант, который устроит все стороны. Авторское право появилось не для того, чтобы защищать только издателей, а для того, чтобы дать обществу возможность развиваться. Когда мы говорим об оцифровке, мы должны учитывать то, насколько это будет способствовать научно-техническому прогрессу, а не возмущаться, что «всё отберут», тем более что в проекте чётко прописано, что создание электронной копии допускается в единичном экземпляре. То есть библиотека, которая приобрела печатный экземпляр, может создать для себя одну электронную копию, для того чтобы дать доступ с одного компьютера. Это касается исключительно произведений, носящих научный и образовательный характер, т.е. художественная литература сюда не попадает. Кроме этого, по предложению издателей читателю доступ может быть предоставлен только в помещении библиотеки, т.е. межбиблиотечный обмен электронными копиями исключён. На наш взгляд, когда мы говорим, что библиотека купила себе экземпляр издания, и делает себе ещё один для использования в стенах библиотеки, потому что так будет удобнее читателю, это нормальное исключение. Конечно, при этом будут некоторые ограничения для издателя, потому что появляется второй экземпляр, но это то ограничение, на которое издатели должны пойти: мы живём уже в XXI в., библиотеки должны пользоваться возможностями современных технологий.


Иван Близнец
, ректор Российской академии интеллектуальной собственности: Вопрос ограничений и исключений непростой, он дискутируется не только на национальном, но и на международном уровне. Конечно, работа над законом будет продолжаться, есть рабочие группы при комитетах, создана экспертная группа при первом заместителе Председателя ГД РФ, в том числе там предусмотрено направление «гражданское законодательство», сейчас мы рассматриваем именно Гражданский кодекс. Эту группу возглавляет Андрей Евгеньевич Шерстобитов, профессор кафедры гражданского права юрфака МГУ. Думаю, что эксперты будут прислушиваться к мнению всех сторон, тем более что наш Совет высказал пожелание не делать спешки при принятии этих решений, особенно если они вызывают протесты. В то же время международный опыт показывает, что в 2011–2012 гг. ряд стран вышли с инициативой в ВОИС, где в рамках Комитета по авторскому и смежным правам рассматривается вопрос об ограничениях и исключениях из авторского права, и в первую очередь эти ограничения и исключения касаются библиотек и архивов и должны быть направлены: а) на людей с ограниченными возможностями; б) на научные и образовательные цели. Как бы издатели ни сопротивлялись, это неизбежно: электронная версия любой научной или учебной книги должна быть в любой библиотеке.

Булат Нигматулин, Президент ИГ "Гэотар": Издатели не против оцифровки и не против научного прогресса. То, что нет межбиблиотечного обмена – это прекрасно. То, что одна копия в библиотеке – тоже хорошо, особенно если это будет контролироваться и защищаться от копирования. Но и авторы, и издатели вкладываются в создание книги, тратят своё время и деньги. И почему бы эти электронные копии не приобрести законным образом? Для чего библиотека будет тратить деньги на создание копий, причём на многократную оцифровку одних и тех же произведений), если она уже есть у издателя и её достаточно только приобрести? Принятие таких поправок для нас – путь в никуда. Сейчас на рынке осталось не более 60 работающих учебных издательств, с принятием этих поправок не будет ни одного!

Владимир Фирсов, Президент РБА: представленный проект ст. 1275 не только полностью нас устраивает, но и во многом учитывает высказываемые нами уже в течение четырёх лет предложения и замечания. РБА выступила с аналогичными поправками сразу же после введения в действие нынешней редакции ГК РФ в 2008 г. Мы обычно при обсуждении этого вопроса любим ссылаться на зарубежный опыт, а он настолько разнообразен, что каждому утверждению можно найти подтверждение. На сайте ВОИС представлен доклад, из которого следует, что эти ограничения и исключения для библиотек присутствуют в законодательствах 150 стран из 180. Всё последнее десятилетие проходило под знаком обновления национальных законодательств путём распространения ограничений и исключений из авторского права на информацию, предоставляемую в цифровой форме. Думаю, что этот процесс вполне обоснован. Странами ЕС в 2001 г. было достигнуто соглашение о распространении ограничений и исключений для библиотек и архивов на цифровую среду. Если мы обратим внимание на деятельность Комитета по авторским и смежным правам ВОИС, то в течение последних пяти лет два заседания в год он посвящает вопросам формирования рекомендаций для национальных законодателей по ограничениям и исключениям для библиотек и архивов в пользу науки и образования. Таким образом, те новации, которые включены в проект IV части ГК РФ, находятся в полном соответствии с вектором решения этого вопроса в различных законодательствах. Позиции по решению этого вопроса в России – это «линейка с делениями», на одной стороне которой – выступающие за доступность всем и всей информации, на другой – ратующие за получение дохода, извлечение прибыли и т.д. Я считаю, что предложенная редакция законопроекта носит компромиссный характер, потому что ограничения и исключения действуют в конкретных случаях: научно-образовательная литература и распространение только в стенах библиотеки. По данным РКП, последние пять лет наблюдается падение тиражей художественной и детской литературы и рост – научной и справочной. Средний тираж научной книги – около 1000 экз. Но исчерпывает ли это количество спрос на эту литературу в нашей стране? Нет. Это означает неспособность издателей к каким-либо действиям по формированию спроса в отдалённых регионах, они живут, прежде всего, за счёт центрального рынка. Эту задачу мы будем решать с помощью законодательных норм, которые не сузят рынок сбыта, а позволят сформировать дополнительное количество потребителей.

Владимир Прудников, главный редактор НИЦ «Инфра-М», ЭБС «Знаниум»: Есть некая иллюзия по поводу тиражей, спроса и т.п. Тираж научной литературы – не 1–2 тыс. экземпляров, а 200–300 – откройте любую книгу. Это говорит о том, что научная книга в России в большем количестве не нужна. Кстати, стоимость изготовления одного печатного листа научной литературы как минимум в 10 раз больше, чем у детектива. Как только ст. 1275 вступит в действие, сразу же будут развёрнуты виртуальные читальные залы в общедоступных библиотеках, к коим относятся теперь и вузовские, поскольку по указаниям руководителей страны доступ в библиотеки учебных заведений должен быть открыт и для сторонних пользователей. На основе чего мы можем найти компромисс? Как известно, у нас четыре стороны: автор, издатель, библиотека и читатель. Мы должны учитывать интересы читателя, который хочет всё и сразу. Так не бывает, следовательно, мы должны искать компромисс с библиотекой, которая теряет этих самых читателей. Главный магистральный путь – это возможность читателям из дома войти в библиотеку и почитать книгу. К этому надо стремиться. Это означает, что библиотеки нужно нормально информатизировать. Услуги электронных читальных залов в библиотеках бесплатны, следовательно, библиотеки должны покупать электронные книги у издателей, тем самым поддерживать сопоставимый оборот денег. Какая может быть реакция на нововведения со стороны издателей? Во-первых, они перестанут присылать в библиотеки обязательные экземпляры. Во-вторых, будут печатать по требованию. В-третьих, они уйдут в электронное книгоиздание, отказавшись от бумажных тиражей или будут делать гибридные продукты, оцифровка которых будет бессмысленной.

Григорий Ивлиев: Задача Минкультуры РФ – защитить права авторов, и мы будем это делать во всех формах, которые предусматривает закон. Малые тиражи – это общая проблема, которая является следствием того, что мы сейчас не имеем легального пространства в информационно-коммуникационных сетях, и создание этого пространства – задача для нас приоритетная. Если есть идеи, модели – предлагайте. Если проанализировать ту практику, которую мы имеем сейчас при оцифровке охраняемых произведений, то самое большое количество запросов к одному изданию было 528. Поэтому потери, которые понесут издатели, должны быть правильно оценены. Мы сейчас предполагаем достичь оцифровки 10% от общего количества издаваемых книг (в соответствии с Указом Президента от 07.05.2012 № 597, – прим. ред.). Если тираж книги 200–300 экземпляров, то как вы в районную библиотеку доведёте информацию о ваших изданиях? А мы, цифруя книгу, сделаем её известной всей стране. Библиотека должна стать партнёром издателя учебной и научной литературы, и это партнёрство мы видим в том, чтобы проработать механизм, который заключается в следующем: если хочешь читать книгу в библиотеке из дома, заплати автору, если не можешь – иди в библиотеку и читай бесплатно. Мы уже сейчас, заключая соглашения, предлагаем автору эту услугу.

Сергей Дарий, директор издательства «Юрайт»: До появления этого законопроекта не было противопоставления двух сообществ: издательского и библиотечного, которые были единым организмом. Эта статья стала камнем преткновения. Имеет смысл не разделять в контексте данного вопроса издателя и автора, тут надо поставить знак равенства. Баланс интересов, о котором здесь говорилось, пока не соблюдён, потому что нарушается основа, нарушается Конституция, т.е. право частной собственности. Почему мы разделяем электронную книгу и бумажную? Бумажную книгу библиотека покупает, а электронную будет иметь право взять бесплатно. Но это – разные лицензии, разные виды прав, автору мы платим и за ту, и за другую лицензию. Если поправка будет принята в том виде, как сейчас, это фактическая легализация пиратства. Процесс перехода от бумажных книг к электронным – длительный, его не сделать мгновенно. Для этого нужно строить систему, и она постепенно совершенствуется. Мы уже выпускаем и продаём и бумажные, и электронные книги. Продажи электронного контента пока ещё очень малы, они неспособны компенсировать затраты издателей. Если это сделать мгновенно, то «финансового плеча» у издателей попросту не будет, так же как и мотивации у автора писать. Систему, которая определяется сегодня рынком, придётся выстраивать заново, завтра эту функцию придётся взять на себя государству, т.е. организовывать процесс написания авторами книг и их распространение, поскольку система, которая существует сегодня, будет загублена. Создание электронной копии затратно; да, нет расходов на типографию, на бумагу, но это лишь около 20%. Согласен, электронная книга является средством информирования о наличии бумажной, но стимулирует ли это спрос на неё, особенно в учебном и научном сегменте, – большой вопрос.

Георгий Яньков, Генеральный директор ЗАО «Издательский дом МЭИ»: Нам всё время предлагают какие-то компромиссы и баланс интересов. Тут никакого компромисса нет. Не нужно легализовывать пиратство. Я считаю, что принятие этих поправок убьёт научную и учебную литературу, эту сферу книгоиздания. Никто не спорит, что мы живём в XXI веке, что библиотеки должны иметь электронные книги. Но зачем библиотекам оцифровывать эти книги, если они оцифрованы в издательствах? Кто там будет следить за качеством? В издательстве можно купить качественные электронные издания, и все вопросы будут сняты. Зачем изобретать велосипед?

Вадим Степанов, профессор кафедры электронных библиотек, информационных технологий и систем МГУКИ: Нам предложили обозначить модель. Такая модель была сформулирована на Крымской конференции 2012 г. инициативной группой «Библиотеки, издатели и читатели в цифровой среде», которая сформулировала следующую схему работы библиотек и издателей (см. подробнее «УК» – июль-август 2012 г.). Библиотека приобретает у издателя контент в цифровой форме и обеспечивает путём специальных технологических мероприятий доступ к этому контенту читателей откуда угодно, в том числе с мобильных устройств. Именно такая библиотека нужна читателю. В этом случае издатели не разорятся и библиотечный сервис будет отвечать требованиям не только сегодняшнего, но и завтрашнего дня. Завтра, когда весь контент будет в цифровой форме, библиотека со своими призывами прийти туда почитать будет совсем никому не нужна. Мы направили своё видение законопроекта в РБА, получили твёрдое «нет», которое нам озвучил Президент РБА, но мы будем доказывать свою точку зрения, потому что я более чем уверен: другого пути для развития просто не существует.

Владимир Фирсов: Инициативной группой были представлены два предложения. Одно из них очень привлекательно для библиотек – информация может предоставляться не только в стенах библиотек, но и с мобильных устройств. А второе – информация покупается у правообладателей. Но, покупая информацию у правообладателей, мы тем самым перечёркиваем содержание первого тезиса, потому что договор будет оговаривать условия предоставления – или это всеобщий доступ, или это только в стенах библиотеки. В целом я считаю, что предлагаемая ст. 1275 модель приведёт к катализации процесса научного и образовательного книгоиздания. Никакой здравый смысл не подтвердит, что издаваемые 200–500 экземпляров достаточны для страны. Библиотека, получив электронную копию, сможет стать посредником для того, чтобы читатель купил у вас бумажную книгу или получил файл на мобильное устройство.

Вадим Степанов: Есть такое понятие – комплектование, управляемое пользователем, оно применяется только к цифровому контенту, который размещается на сервере библиотеки. Что и сколько раз читатели взяли – это контролируется и оплачивается поставщикам, а что не взяли – нет. Вот идеальная модель доступа читателя к информации, не только к книгам, а и вообще ко всему контенту.

Сергей Зятицкий, Генеральный директор ООО «Центр цифровой дистрибуции», ЭБС «КнигаФонд»: ЭБС больше на стороне издателей, потому что они поставляют нам тот контент, который мы честно покупаем, кстати, это одна из реально работающих моделей. Для того чтобы создать большой массив, необходимы инвестиции. Да, мы это продаём. Если государство хочет обеспечить всех бесплатным доступом к книгам, мы готовы – выделите бюджеты, мы с коллегами агрегировали большое количество книг, покупайте у нас доступ. Мы увеличим отчисления правообладателям, и все будут довольны. Что касается поправок, которые обсуждаются, то с юридической точки зрения там не так всё плохо. Есть определённое недопонимание некоторых моментов и трактовок, в том числе трактовок Минкультуры РФ. Здесь говорили про некие виртуальные читальные залы, но такого понятия не существует, и это следует конкретизировать и, разумеется, ограничить стенами библиотеки. Мы знаем, что файлообмен запрещён, возможен обмен экземплярами на дисках, купленных правомерно, это похоже на обычный книжный обмен и не вызывает претензий. Что касается создания электронных копий, то этот вопрос должен быть решён компенсационными выплатами. Такие механизмы тоже существуют, как вариант – не прижившееся пока у нас коллективное управление правами. Если мы полагаем, что каждая копия наносит определённый ущерб, давайте посчитаем, и Минкультуры РФ это должно заложить в бюджет. По сути, разногласий не так много, и они решаются. Главное – избежать двусмысленных формулировок.

Владимир Харитонов, исполнительный директор Ассоциации интернет-издателей: Я искренне удивлён позицией издателей учебной и научной литературы, имеющих столь резкие возражения против поправок, которые лично мне кажутся половинчатыми. Поскольку процесс обсуждения ГК РФ длится уже полтора года, можно было бы отреагировать и пораньше. Вопрос к издателям: какое количество актуальной литературы на русском языке находится в электронной рознице? Правильный ответ – около 50 тыс. наименований. Это в 2,5 раза меньше, чем выходит каждый год в России. Откуда взялись эти поправки? Именно из этого. Я подозреваю, что 50 издателей, подписавших письмо, издают больше. Поэтому когда издатели заявляют о том, что готовы продавать электронный контент, это уже хорошо. Теперь надо что-то сделать, чтобы издатели уже действительно начали его продавать. Второй момент. Библиотеки – это не для издателей, а для читателей. То, что библиотеки покупают у издателей книги – это естественно и понятно. Но библиотеки не обязаны издателей спасать. Третий момент. Издатели, особенно научной литературы, часто пользуются тем, что они не только получают прибыль от продажи книг, но и привлекают деньги из других источников – грантов, государственного финансирования. Если кто-то и должен спасать издательства, то никак не за счёт библиотек. Теперь о зарубежном опыте. Два года назад в Великобритании был принят довольно жёсткий закон по интернет-экономике, который разрешил библиотекам цифровать книги, потому что им это нужно. Закон касался книг 20-, 10-летней давности, прав, тем более электронных прав, на которые у издателей нет. По другому варианту пошла Франция – там отказались от части авторских прав и соблюдения норм Бернской конвенции: если книги до 2000 г. нет на открытом рынке, она подлежит оцифровке.

 ПОКА ВЕРСТАЛСЯ НОМЕР

Комитет Госдумы по гражданскому, уголовному и процессуальному законодательству обнародовал новый текст законопроекта «О внесении изменений в Гражданский кодекс, отдельные законодательные акты РФ и о признании утратившими силу отдельных законодательных актов (положений законодательных актов) РФ», подготовленный ко второму чтению, ожидающемуся этой осенью. Таким образом, частично были учтены требования издателей и внесены ограничения при создании электронных копий книг библиотеками и архивами.

«Статья 1275. Свободное использование произведения библиотеками, архивами и образовательными организациями

1. Общедоступные библиотеки, а также архивы, доступ к архивным документам которых не ограничен, при условии отсутствия цели извлечения прибыли вправе без согласия автора или иного правообладателя и без выплаты авторского вознаграждения предоставлять во временное безвозмездное пользование (в том числе в порядке взаимного использования библиотечных ресурсов) оригиналы или экземпляры произведений, правомерно введённые в гражданский оборот. При этом экземпляры произведений, выраженные в электронной форме, могут предоставляться во временное безвозмездное пользование только в помещении библиотеки или архива при условии исключения возможности дальнейшего создания электронных копий произведения.

2. Общедоступные библиотеки, а также архивы, доступ к архивным документам которых не ограничен, при условии отсутствия цели извлечения прибыли вправе без согласия автора или иного правообладателя и без выплаты авторского вознаграждения, но с обязательным указанием имени автора, произведение которого используется, и источника заимствования создавать единичные копии, в том числе в электронной форме, принадлежащих им экземпляров произведений, правомерно введённых в гражданский оборот:

1) в целях обеспечения сохранности и доступности для пользователей – ветхих, изношенных, испорченных, дефектных экземпляров произведений; единичных и (или) редких экземпляров произведений, рукописей, выдача которых пользователям может привести к их утрате, порче или уничтожению; экземпляров произведений, записанных на машиночитаемых носителях, для пользования которыми отсутствуют необходимые средства; экземпляров произведений, имеющих исключительно научное и образовательное значение, не переиздававшихся свыше десяти лет с даты выхода в свет их последнего издания на территории Российской Федерации;

2) в целях восстановления, замены утраченных или испорченных экземпляров произведения, а также для предоставления экземпляров произведения другим общедоступным библиотекам или архивам, доступ к архивным документам которых не ограничен, утратившим их по каким-либо причинам из своих фондов. Копии экземпляров произведений, создаваемые в электронной форме, могут предоставляться пользователям с соблюдением условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи.

3. Библиотеки, получающие экземпляры диссертаций в соответствии с Федеральным законом «Об обязательном экземпляре документов», при условии отсутствия цели извлечения прибыли вправе без согласия автора или иного правообладателя и без выплаты авторского вознаграждения, но с обязательным указанием имени автора, произведение которого используется, и источника заимствования создавать единичные копии таких диссертаций, в том числе в электронной форме, в целях, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи. Копии диссертаций, создаваемые в электронной форме, могут предоставляться пользователям с соблюдением условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи.

4. Общедоступные библиотеки, а также архивы, доступ к архивным документам которых не ограничен, при условии отсутствия цели извлечения прибыли вправе без согласия автора или иного правообладателя и без выплаты авторского вознаграждения, но с обязательным указанием имени автора, произведение которого используется, и источника заимствования создавать в единственном экземпляре и предоставлять копии, в том числе в электронной форме, отдельных статей и малообъёмных произведений, правомерно опубликованных в сборниках, газетах и других периодических печатных изданиях, коротких отрывков из иных правомерно опубликованных письменных произведений (с иллюстрациями или без иллюстраций) по запросам граждан для научных и образовательных целей.

5. Образовательные организации при условии отсутствия цели извлечения прибыли вправе без согласия автора и без выплаты авторского вознаграждения, но с обязательным указанием имени автора, произведение которого используется, и источника заимствования создавать копии, в том числе в электронной форме, отдельных статей и малообъёмных произведений, правомерно опубликованных в сборниках, газетах и других периодических печатных изданиях, коротких отрывков из иных правомерно опубликованных письменных произведений (с иллюстрациями или без иллюстраций) и предоставлять их обучающимся и педагогическим работникам для проведения экзаменов, аудиторных занятий и самостоятельной подготовки в необходимых для этого количествах.

6. Государственные архивы в рамках своей компетенции вправе создавать единичные копии произведений, размещённых в сети Интернет для хранения в архиве с исключением последующего воспроизведения и доведения до всеобщего сведения».

Виталий Калятин: Данная статья отражает длящуюся уже не первый год дискуссию между издателями, библиотеками и читателями. Традиционно, библиотеки, приобретя экземпляр книги, могли свободно предоставлять его читателям без дополнительного согласования с правообладателем. В этой связи логичным было появление в проекте нормы, разрешающей библиотеке, купившей бумажную книгу, имеющую исключительно научное и образовательное значение, создать единичную копию книги и предоставлять её вместо бумажной копии в читальном зале. Представлялось, что данная норма не создавала сколь-нибудь серьёзных угроз издательскому бизнесу, однако ввиду высказанных издательским сообществом опасений норма претерпела дальнейшие изменения: во-первых, была удалена ссылка на возможность книгообмена с использованием цифровых копий (что было решено ещё в конце 2010 г.); внесено уточнение, что оцифровывать можно лишь тот экземпляр, который принадлежит данной библиотеке (что исключает, например, возможность оцифровки бумажных книг, полученных по книгообмену, либо временно находящихся в библиотеке на иных основаниях), а также установлено ограничение только изданиями, не переиздававшимися более десяти лет. Ещё раз подчеркну, что данная статья исключает возможность сетевого использования произведения за пределами библиотеки. Представляется, что это в значительной мере компромисс, на который следует на данном этапе согласиться всем заинтересованным лицам.

Сергей Дарий: Самое главное – нас услышали! По крайней мере, огульная оцифровка полученных библиотекой экземпляров бумажных книг и раздача электронных копий по другим библиотекам будет считаться незаконной. Конечно, это не решает всех наших проблем. Не всё чётко прописано и, полагаю, предстоит ещё большая работа. Например, не ясно, кто будет определять, переиздавалась книга за последние 10 лет или нет. По-прежнему не решена проблема виртуальных читальных залов, которые позволяют библиотекам предоставлять читателям электронные книги через Интернет. Много неясностей с понятием «единичные копии в электронной форме». Может ли файл, размещённый на сервере с многопользовательским доступом, считаться единичной копией и т.д.? Но в целом, я считаю, что разумное начало восторжествовало. А диалог, конечно, надо продолжать.

Сергей Зятицкий: Я считаю, что это хороший компромисс и для издательств, и для библиотек, более того, он созвучен общемировым тенденциям, когда библиотеки имеют право оцифровывать издания, выведенные из оперативного оборота или давно не издаваемые, в целях сохранения и предоставления их читателям. У меня возникают уточнения относительно некоторых формулировок, в частности, «экземпляров произведений, выраженных в электронной форме». Очевидно, что подразумеваются произведения на материальном носителе (аудио-, СD-диски и пр.), однако во избежании двусмысленных трактовок разработчикам законопроекта целесообразно редакционно подправить этот момент. Вполне чётко определена ситуация с использованием диссертаций и виртуальными читальными залами. Норма обозначает концептуальные правила игры, однако в дальнейшем следует очень аккуратно подходить к разработке подзаконных документов, регулирующих порядок выявления и определения изданий 10-летней давности, оцифровки произведений иностранных издателей и пр.

Мария Андреева, Генеральный директор "Физматлит": Моё мнение по поправкам таково – я принципиально против любой оцифровки библиотеками изданий, особенно научного содержания и фундаментальных учебников, поскольку в этом случае никто не сможет обеспечить и проконтролировать соответствие качества создаваемой копии оригиналу. У библиотек может быть только одна возможность получения электронного варианта – законное приобретение у правообладателя (за деньги или бесплатно, это уже решать ему). Только в этом случае читатель получит достоверную версию книги без потери качества, что особенно важно для «научных и образовательных целей». То же самое мнение и относительно оцифровки обязательных экземпляров бумажных книг. При этом возникает серьёзный вопрос целесообразности расходования бюджетных средств, когда каждая библиотека будет создавать одни и те же электронные копии имеющихся у них произведений. Что касается периода в 10 лет, я считаю, что для фундаментальных учебников (физика, математика и пр.) этот срок очень мал. Безусловно, вызывает вопрос достоверность механизма контроля за сроком последнего переиздания книг (не ранее 10 лет).

Константин Костюк, Генеральный директор "Директ-медиа", ЭБС "Университетская книга онлайн": Новые поправки составлены достаточно аккуратно, чтобы не повредить издателям: отрезаются все библиотеки, кроме публичных, все издания, кроме тех, что и так правомерно введены в гражданский оборот в бумажном виде, отсекается межбиблиотечный обмен. Даже возникает вопрос – что даст оцифровка уже имеющихся книг в плане прогрессивности, о которой много говорилось при обосновании поправок? Так что резонно возникает подозрение, что всё дело в недомолвках. А они есть. Например, в одном месте говорится о пользовании только в помещении библиотеки, а в другом, о том же самом, – «в порядке взаимного использования библиотечных ресурсов». В заголовке статьи говорится об образовательных организациях, которым важно иметь свободный доступ, а в пунктах статьи говорится уже только об общедоступных библиотеках. Через эти «дыры» может вытечь много контента! Настоящей революцией будет право на оцифровку произведений десятилетней давности. Мы боролись за легализацию только «серых» произведений, а теперь серыми стали все произведения старше десяти лет живых авторов. Это, конечно, повлечёт за собой рывок в использовании цифровых форматов в библиотеках. А вот куда он приведёт, посмотрим…

Булат Нигматулин: Этот вариант нормы значительно лучше предыдущей версии, и это – решение проблемы для издателей учебной литературы, выпускающих оперативно обновляемые издания по активно развивающимся или законодательно меняющимся наукам (бухгалтерия, юриспруденция и пр.). Однако для издательств, предлагающих книги по фундаментальным наукам (философия, русский язык, физика, химия и пр.), этот срок небольшой и оцифровка этих изданий может нанести определённый ущерб. Для этой категории было бы лучше оставить предлагаемый нами вариант в 20 лет. Безусловно, библиотеки должны иметь электронные версии книг и для их сохранения в фондах, и для предоставления их читателям, но с книгами, находящимися в обороте, следует быть аккуратными и приобретать электронные версии этих изданий только легально. Правильно, что исключён межбиблиотечный обмен электронными копиями, хорошо, что сделан акцент на создании единичных копий, в том числе в электронной форме, принадлежащих библиотекам экземпляров произведений. Я считаю, что издатели сами должны создавать защищённые электронные копии собственных книг и предлагать их библиотекам на законных основаниях. Это сэкономит и деньги, и силы обеих сторон.

Владимир Прудников: Радости от статьи 1275 у меня по-прежнему нет, но хотя бы немного восторжествовал здравый смысл. Мы ещё глубоко не анализировали последствия такой формулировки, но то, что виртуальные читальные залы явятся предметом судебных разбирательств, уже очевидно. Неожиданным следствием для некоторых издателей станет необходимость серьёзнее относиться к обязательным экземплярам. Очевидна проблема с печатью по требованию и малыми тиражами – затраты на обязательные экземпляры неподъёмны. Интересный момент с началом исчисления 10-летнего срока – с момента вступления поправок в силу или с фактической даты выпуска произведения. И самое главное – издателям и библиотекам пора садиться за круглый стол и строить свои отношения на условиях взаимовыгодного и равноправного сотрудничества во благо читателя.

Георгий Яньков: По моему мнению, новая редакция статьи нанесёт вред книгоизданию и, в первую очередь, изданию учебной, справочной и научной литературы в области естественных и технических наук. Кроме этого, удивляет недальновидность подхода: ограничивать доступ к указанным произведениям в электронной форме, предоставляя их во временное пользование только в помещении библиотеки или архива, (абз. 2 п. 1) – нерациональное решение. Через пять лет общедоступные библиотеки вовсе перестанут посещать. Да, необходимо предоставить читателю доступ через Интернет. Но! КУПИТЕ лицензию на использование произведений в электронной форме без ограничения доступа, и всё «встанет на свои места». Зачем библиотекам с неизбежной потерей качества оцифровывать современные произведения своими силами? Электронные версии произведений имеются у издателей. Дешевле и разумнее приобрести их «из первых рук». Помимо этого, необходимо дать чёткие и прозрачные определения «коротким отрывкам», «малообъёмным произведениям» и пр. (п. 4 и 5). Кто-нибудь понимает, что это такое?

Владимир Фирсов: Прежде всего – о предмете нашего разговора. Опубликованный текст – это результат обсуждений, а не официальный текст ко второму чтению. Главное в новой редакции ст. 1275 – ограничение на право оцифровки научно-образовательной литературы истечением срока 10 лет. Считаю это не только нецелесообразным, но и вредным. Вот возможные аргументы. 

- Очевидно, что данный подход идёт вразрез с основным вектором формирования социального государства. Задачи законодателей (которые мы с пониманием будем выполнять) – организация большей доступности научно-образовательной информации для граждан России независимо от места их проживания.

- Относительно возможного экономического ущерба книжному рынку, противоречия экономическим интересам издателей. Это неверно как тактически, так и стратегически. Тиражи научно-образовательной литературы в России составляют около 1000 экземпляров. Навряд ли найдётся здравомыслящий человек, который признает, что эта цифра достаточна для России. Таким образом, оцифрованная копия, по сути, будет не вместо традиционных экземпляров, которые присутствуют на крайне ограниченных локализованных рынках, а в дополнение к ним. Появление же дополнительных читателей неизбежно приведёт к формированию спроса (куда денешься – закон рынка), а значит и последующему увеличению рынка изданий в традиционной форме.

- Кто придумал срок в 10 лет? Чем он обоснован? Много лет тому назад я занимался изданием ведомственной литературы. По-нынешнему – это и есть та самая научная «малотиражка». Так вот, ведомством был установлен срок её реализации – два года. Было очевидно, что если 500–1000 экз. не реализовать в течение двух лет, то значит, они просто никому не нужны. Данное положение применимо и к сегодняшнему дню. Ограничение в два года – вполне достаточно, а потенциально единичный спрос будет удовлетворяться за счёт электронной копии.

Василий Терлецкий, Генеральный директор РАО «КОПИРУС»: Поправки в целом упорядочивают ряд спорных вопросов, которые активно обсуждались в последнее время. С одной стороны, библиотекам разрешено оцифровать огромный массив охраняемых авторским правом произведений, с другой стороны, издательский бизнес продолжит развитие, опираясь на десятилетний срок окупаемости изданий. Уточнение в п. 2 ст. 1275 законопроекта устанавливает важное условие: приобретение у издателей каждой библиотекой экземпляра произведения, выраженного в материальной форме, прежде чем создавать единичные копии по запросам читателей. Все остальные возникающие вопросы применения новых норм закона являются скорее техническими и могут быть решены в рамках уже имеющихся библиотечных проектов каталогизации.

Опубликовано в номере октябрь 2012

 

Читать по теме


Какие форматы доступа на электронную периодику для вас наиболее интересны?
 

 


web-ban video

 

 web-ban model6

 

 web-ban neb1

 

 web-ban fz-kulture2

 

 

WebBann2016-04

 

WebBann2016-06

 

WebBann2016-05

 

WebBann2015-03

 

 WebBann2015-10

 
Copyright © ООО Издательский дом "Университетская книга" 2011
Все права защищены.
Студия Web-diamond.ru
разработка сайтов и интернет-магазинов.