Книжный рынок и издательства   Библиотеки   Образование
и наука
  Конкурс
“Университетская книга”

Март 2019
"Цифровая трансформация: угрозы и возможности"

  • Владимир ГРИГОРЬЕВ: «Умные книги - зодчие человеческих судеб»
  • Российское книгоиздание: навстречу новым минимумам
  • Кибербезопасность: всё в наших руках
  • Обязательный экземпляр в НЭБ: риски и перспективы



МультиВход

t8

 

Интервью

Книжный рынок

Вузовские издательства

Искусство издавать

Библиотеки

Образование

Инновационные технологии

Электронные библиотеки

Культура книги

Библиогеография

Библиотехнологии

Выставки и конференции

Конкурсы и премии

Документы

Copyright.ru

КНИГА+

Год литературы

Журнал Онлайн

mmso2019

 

vseros-forum-obrazovanie-2019

 

tsifrovaya-transformatsiya-2.0




 

rgdb-podari-rebenku


Рассылка


Непричёсанные мысли о библиотеках и нашем деле в XXI веке
25.02.2019 10:55

О том, что происходит сегодня, писать не хочется. Надо подождать, ведь даже мрачное Средневековье сменилось яркой эпохой Возрождения. И у нас будет свет. Правда, не скоро. Завтра ничего не изменится: не те люди руководят. Как правило, во главе библиотек стоят те, кому ничего менять не хочется, дожить бы до пенсии. Какой будет библиотека послезавтра — вот о чём хочется написать. Ведь XXI век только начинается. Мои молодые и жизнерадостные друзья, которые не собираются менять профессию, имеют право знать, во имя чего им жить. Сначала уточним позиции.

sukiasyan

Автор Эдуард Рубенович СУКИАСЯН, главный редактор ББК

Будет ли книга? Безусловно. Тому, кто в это не верит, надо посетить хорошую книжную выставку. Книги становятся другими: меняются бумага, краски и переплётные материалы, технологии полиграфии. Если вы не видели книги английских издательств Mitchell Beazley или Dorling Kindersley (они переиздаются у нас), то не можете судить о судьбе книгоиздания. Развитие городского транспорта не остановилось на этапе конки на рельсах, запряжённой парой лошадей. Ридер и планшет — очередные игрушки, появившиеся в ходе развития электроники. Удобно, но не более того. Вы ведь уже забыли, зачем мы носили пейджеры, которые придумал… Жюль Верн. Всё ещё впереди.

Будет ли библиотека? Я в этом убеждён, потому что Homo sapiens (человек мыслящий), тот вид рода человеческого, к которому мы принадлежим, с библейских времён развивался не только как Homo legens (человек читающий), но и как Homo quaerens (человек ищущий). А для этого нужно не только брать книги домой, но и изучать фонд, знакомиться с книгами, рассматривать (атласы и альбомы не читают), слышать музыку, читая нотные строчки. Библиотека будет всегда, если мы сможем сохранить присущие ей черты, складывавшиеся веками: здесь тепло, светло и уютно, удобно, всегда рады каждому входящему, найдут время с ним поговорить, помогут и научат. В библиотеке можно пообщаться, позвонить по телефону или написать письмо, посидеть в тишине. Никто не перебьёт мысль, не помешает думать.

Ближайшая библиотека будет недалеко от дома и работы. Она бесплатна и работает в режиме 24/7. Потому что это — библиотека. Вы же не удивляетесь, что вода в кране течёт бесперебойно. Горит электрическая лампочка, работает связь, ходят поезда и летают самолёты, круглосуточно вещают радио и телевидение. Многое в стране работает всегда. И библиотеки должны быть доступны постоянно — так как они нужны людям. Слышу вопрос: за ночную смену доплата будет? Вам советую уйти уже сейчас. Там, где работают ночами, стоит очередь желающих. Читатели ночью особенные!

Того, кто дирижирует, руководит библиотекой, часто называют Библиотекарем (Librarian) — с большой буквы. Скоро мы поймём наконец, как странно звучат словосочетания «младший библиотекарь», «старший библиотекарь» и даже «главный библиотекарь». Сотрудники библиотеки будущего должны вернуть себе сущностные названия, принятые в дореволюционной России: быть хранителями, служителями. Самые квалифицированные, имеющие право работать с читателями станут советниками (в США они называются reference librarian). Принятые на библиотечные должности в период обучения и стажировки будут сначала помощниками хранителей, служителей и советников. А самый опытный из них, который получит право временно заменить Библиотекаря (в случае его отсутствия), будет красиво называться Товарищем библиотекаря.

Сущность библиотеки. Человек устроен так, что ему всё время хочется узнавать новое, а значит, учиться, познавать мир и себя в нём. Собственным опытом сыт не будешь. Нужно осваивать память мира — опыт предшествующих эпох, зафиксированный в документах. Библиотеки придуманы в глубокой древности в разных уголках человечества. Они всегда были бесплатными и доступными для тех, кто в них нуждался.

Суть сохранилась. Мы стали сильнее, так как объединились в систему, поэтому помочь читателю можем здесь и сейчас. Перенаправление читателя вместе с его запросом будет исключено: к решению поставленной задачи библиотекарь привлекает систему всех библиотек. Работает в сотрудничестве с читателем по принципу «давайте поищем вместе». В общении с библиотекарем растёт информационная культура читателя.

Главным показателем работы библиотеки становится процент обслуживания населения, который стремится к 100%. Хорошего или плохого обслуживания не бывает: или оно есть, или его нет вовсе (но в этом случае надо менять библиотекаря).

Даже представить сложно, сколько предстоит сделать. Во многом мы до сих пор остаёмся в советском времени. Только у нас так много отделов (чтобы было удобно командовать). В каждом из них — свой штат, свой заведующий, свой вход и часто — свои часы работы. До последнего времени (а кое-где и сегодня) — свои читательские формуляры и свой учёт посещаемости… Мы даже на работу принимаем человека в отдел, а не в библиотеку (а если потом окажется, что ему нравится другой отдел, «воспитываем», сопротивляясь всеми силами). У нас абонемент — отдел со своим фондом, хотя во всём мире это услуга, а фонд у библиотеки единый. Библиографа мы посадили в отдельную комнату, чтобы ему не мешали читатели. Все процессы и операции пронормировали, просчитали. Есть норма даже на общение.

У нас человек приходит в библиотеку и останавливается у входа, увидев бездну объявлений. Вот перечень выставок. Вот приглашение на день информации, а рядом — на ночь (отдельную программу, часто не имеющую к библиотеке никакого внимания). Вечеров с приглашением местных писателей, поэтов, гитаристов — масса. А книги здесь читают? Оказывается, да. Но это стало считаться делом, не заслуживающим внимания. Мы понимаем, что план массовых мероприятий приятнее видеть начальникам. О том, что выставку новых поступлений перестали делать (стыдно стало), а вся текущая периодика теперь помещается на паре полок, не напоминают (надо быть на хорошем счету).

Если спросить читателей, сколько процентов от своих подоходных налогов они готовы вложить в развитие библиотечного дела, они назовут фантастические цифры. Берут у нас, как всем известно, 13%. Сколько дают на библиотечное дело? Узнайте реальную цифру в своей префектуре, муниципалитете, мэрии. Реакцию предугадать не берусь.

Послезавтра, о котором пишу, наступит тогда, когда вырастут наши доходы, а стало быть и налоги. Пока этого не произошло. Поэтому у нас даже завтра больше похоже на «ещё вчера». И это всем нам надо осознать. Допустим в один прекрасный день на культуру станут выделять в четыре раза больше. Это значит, между прочим, что средства на содержание полиции тоже надо увеличить в четыре раза. А ещё есть учителя и врачи — тоже бюджетники.

Автоматизация охватит 100% библиотечных технологий. Машин и механизмов будет столько, сколько нужно, чтобы обеспечить полный комфорт библиотекаря и читателя. Но людей, которые этим занимаются, в библиотеках не станет. Не нужным окажется и специальное обучения. Как это? — спросите вы.

Вы знаете, где дома лежит инструкция об управлении стиральной машиной или телевизором? Вот примерно такую же инструкцию — по объёму и содержанию — вы получите вместе с СИСТЕМОЙ (я имею в виду АБИС или САБ). Вы её уже раз изучали в вузе. СИСТЕМА должна быть одна на всю страну (в крайнем случае — две, различающиеся по номенклатуре услуг). Никаких регламентов по решению проблем. Что мы делаем в случае поломки телевизора? Звоним, вызываем мастера. В библиотеке должно быть проще: сообщаем по телефону номер устройства, приезжают, ставят работающее с гарантийным сроком не менее 25 лет. Другая система — защиты от несанкционированного выноса — будет в каждой библиотеке (иначе открыть не разрешат), устанавливать её станет… полиция. И никто в библиотеке не будет знать, как вынести книгу иначе, кроме как по правилам.

Единые читательский билет, библиотечный фонд, электронный каталог, служба виртуальной справки станут основными принципами построения сети библиотек. Естественно, будет единая электронная библиотека. Бесплатность основных библиотечных услуг сочетается с широкой номенклатурой платных (перевод, переплёт, обучение, прочее — с использованием талантов, знаний и умений работников библиотек). Библиотека получает фиксированные отчисления (например, 20 или 40%), если платная услуга совершается на её территории или её сотрудником (естественно, во внерабочее время!). Всё это можно сделать уже сегодня.

Боюсь, что даже к концу XXI в. мы не сможем победить наше главное горе, нашу беду — ведомственность. Школьные библиотеки останутся школьными, университетские — университетскими, а военные — военными (могу перечислить ещё десяток ведомств). Но ведь это не мешает нам всем консолидировать усилия и создать единые каталог и электронную библиотеку!

Если говорить о школьной библиотеке, то перед ней стоят особые задачи, связанные с учебно-воспитательным процессом, и других ставить не надо. В частности, задачу подготовки к школе решают учреждения дошкольного образования. Пусть библиотеки будут в каждой школе, и ни в коем случае не стоит их объединять с государственными библиотеками, о которых дальше я буду говорить, не подчёркивая всякий раз, что они не школьные.

Общедоступность библиотеки означает, что любая библиотека предназначена для всех: для взрослых и детей, а также для инвалидов. Войти и получить внутри все виды обслуживания может каждый — и без регистрации. Она нужна, в случае если посетитель хочет стать абонентом: взять с собой документ из фондов библиотеки, оставить свой электронный адрес для получения информации и т.п. Этих «и т.п.» должно быть так много (и они должны быть так выгодны), чтобы каждый сам захотел зарегистрироваться и получить читательский билет. И тогда он будет везде желанным. Например, по этому билету каждый может пойти в университетскую библиотеку, которая по выходным становится общедоступной.

Дети и инвалиды в библиотеке. Однажды я уже сказал и сейчас повторю: самостоятельных детских библиотек (в отдельных зданиях) быть не должно. Тем более — юношеских, а также библиотек для слепых и слабовидящих. И не надо протестовать! Это же элементарно: любая библиотека обслуживает всех читателей — любого возраста (и причин инвалидности). Детский возраст — это от рождения, а не с семи лет. Дети должны обслуживаться там, где читают их родители: в библиотеке, которая имеет единый фонд (безразмерный в отношении пресловутых ограничений 12+). Именно в возрасте от 12 лет и старше читатель нуждается в литературе без указания «Для среднего и старшего школьного возраста». В первую очередь — в научной, отраслевой. С научно-популярной по той области, которой он интересуется, он уже ознакомился. Ему хочется читать дальше: он выбирает профессию.

Каждая библиотека имеет для этого фонд и системные связи. Но главное — соответствующим образом подготовленных сотрудников. Например, на уровне бакалавров — по детский психологии, детской литературе и т.д.; педагогов по коррекционной педагогике, владеющих шрифтом Брайля и дактилологией, и т.д. Все они после получения первого образования должны стать магистрами, получив библиотечный диплом.

Если ребёнку нравится посещать не библиотеку около дома, а большое, многоэтажное здание библиотеки, куда приходится ехать, он может это делать: единый читательский билет даёт право пользования любой общедоступной библиотекой. Необходимо понять: если старшему школьнику интересна этнография, то он за пару месяцев прочитает все детские книги по этой теме! Ему нужна «взрослая» литература, которая есть в фондах библиотек, не предназначенных для детей, например в университетских.

Республиканские, а также краевые, областные детские и юношеские библиотеки (а кроме того, библиотеки для слепых и слабовидящих) должны заниматься научно-методической деятельностью. Используя советскую терминологию, скажу: они обязаны направлять и контролировать работу сети общедоступных библиотек со своим читателем. Но не обслуживать читателей в собственных помещениях. Имеете богатый фонд — организуйте его использование в сети общедоступных библиотек.

Разделение на свои сети — такая же беда, как и распространение Федерального закона № 436 «О защите детей от информации, причиняющей вред их здоровью и развитию» на деятельность библиотек! Ограничить проникновение информации в сознание ребёнка никогда никому не удавалось — даже в закрытых пансионатах для благородных девиц. Дети читают и будут читать, наблюдают и будут наблюдать, спрашивают и будут спрашивать… У них бывают старшие братья и сёстры. Дети часто умнее нас, взрослых, и покупают запрещённую до 16 лет литературу в магазинах, где не требуется показать паспорт. Лучше, если они станут разговаривать с родителями и библиотекарями. Уверен: рано или поздно соответствующие упоминания библиотек будут из ФЗ-436 изъяты. Опережающее развитие дало человечеству гениев. Я стал библиотекарем, так как читал всё для всякого возраста. И очень рано узнал, где и как найти ответ на любой вопрос.

Когда ребёнок впервые должен перешагнуть порог библиотеки? Хорошо знаю: в большинстве стран мира новорождённого вносит в библиотеку мама. Там есть условия для кормления грудью, для пеленания. Мама давно уже привыкла к библиотеке (иногда она отвечает на этот вопрос так: «Всегда ходила в библиотеку, сколько себя помню»). С того момента, когда она стала ждать ребёнка, её ведут по особой программе (книга за книгой, по каждому триместру беременности). Она знает, что в нужный момент библиотекарь (которому она очень доверяет) посоветует ей прочитать книгу о питании, потом о гимнастике, о том, что можно и чего нельзя, поможет подготовиться к родам. Ведь библиотека — это такое интересное учреждение, где можно в книгах получить ответ на вопрос, который порой неудобно задать близким или врачам… Библиотека станет для матери родным домом. Естественно, сюда она и принесёт показать своего ребёнка, получить следующую партию книг с советами (по программе чтения матерей).

Наступит день, когда молодая мама приведёт ребёнка и отдаст его в руки библиотекарей, которым доверяет. Сама пойдёт на свой этаж, в отдел для взрослых. Ребёнку покажут мультик, а в руках у него окажется книга, которую он, обложенный со всех сторон подушками, будет рассматривать с удовольствием. Такой у него дома нет! В следующий раз книга будет другая, но тоже очень интересная. А через пару месяцев в книге появятся большие и красивые буквы! Незаметно они соединятся в слова «гав», «мяу» или «му» и волшебным способом (через наушники) — с картинками! И скоро, очень скоро, маленький ребёнок научится читать сам. Потом появятся другие книжки: птички станут перескакивать с ветки на ветку, а рядом будут написаны цифры — ещё одно волшебство, придуманное человечеством.

Так книга войдёт в жизнь. Если это произойдёт в библиотеке в возрасте от двух до пяти, то библиотека тоже войдёт в жизнь, чтобы остаться там навсегда.

Вы видели в помещении библиотеки для детей и школьников таблицы с русским, латинским, греческим, национальным алфавитами? Почему их у нас нет? Не принято. Не было указаний. Но ведь вам хочется, чтобы дети ходили в библиотеку? Подумайте: почему вы ждёте приказов начальников?

Было бы интересно вашим читателям узнать, какие существуют цифры? Они ведь разные: кроме наших, привычных, ещё и римские, и настоящие арабские. А в старославянском (таблицу с алфавитом которого тоже было бы полезно повесить) цифры обозначались с помощью букв. А у японцев иначе… Как? Попросите об этом узнать школьника. Он не только узнает, но и нарисует сам. Ищите любознательных! Их много. Когда на одном столе начнётся работа, другой школьник спросит: «А что ты делаешь?» Школьники готовы сделать для библиотеки всё — им надо только подсказать. Так в библиотеке появится таблица умножения 10х10, которая быстро запомнится. А может быть, и таблица Д.И. Менделеева. А следом проведём вечер-викторину для тех, кто ещё не изучал химию. Викторину по книгам серии «Занимательная наука». Вечер о картах и картографии (например, с вопросом «Франция больше Гренландии или наоборот?»). И станет понятно, какую карту надо постоянно иметь в читальном зале. А вдруг кто-то предложит вывесить и карту звёздного неба? Купить библиотеке в подарок глобусы Земли и Луны?

По мере взросления школьников тематика организуемых ими мероприятий существенно расширится. Окажется, что им уже ничего предлагать не надо: они выдвинут инициативы и помогут библиотекарю составить план, найдут, кого пригласить… Они сами предложат организовать в библиотеке разные кружки и найдут таких руководителей, с которыми все захотят работать. Они укрепят рядом с гардеробом шведскую стенку, чтобы в перерывах можно было на ней позаниматься. Они помогут библиотекарю сделать всё, на что у того никогда не было денег и не оставалось времени. Например, сами организуют переплётный кружок, в котором через пару лет научатся работать как профессионалы (и начнут зарабатывать деньги для библиотеки). А потом те, кто уже вырос в такой детской библиотеке, станут родителями, иначе воспитают своих детей, но сначала сделают много интересного и полезного.

Я преподаватель. О том, как надо работать, могу говорить бесконечно. Почитайте статью о креативности (Современная библиотека [Электронный ресурс]. — 2017. — № 5. — С. 8–15. — Режим доступа: http://sb.litera-ml.ru/articles/32/207).

Как готовить библиотекарей. В основу современной подготовки библиотечных кадров положены представления Н.К. Крупской о задачах библиотеки, связанных с политическим просвещением народных масс. В первую очередь, говорила Надежда Константиновна, надо покончить с безграмотностью. Библиотекари — те же учителя. Для работы в библиотеках республики более всего подходят учителя русского языка, литературы, истории. Поскольку мужчины нужнее на фронтах Гражданской войны, в библиотеки направим женщин и девушек.

Так библиотечная профессия, с древнейших времён являющаяся мужским делом, стала в одночасье в огромной стране, занимающей 1/6 часть мира, традиционно женской. Мы и сегодня не сможем назвать выдающихся женщин — библиотекарей XIX в. ни в России, ни в мире: их просто не существовало. Библиотекари трёх прибалтийских республик, оказавшихся советскими перед войной, долго не могли понять, как Н.К. Крупской (которой в их истории не было) удалось добиться такого феноменального результата.

С лёгкой руки жены вождя и в точном соответствии с её заветами библиотекарей начали готовить у нас как учителей. Базовыми учебными предметами стали литература, история, педагогика, а главными — история КПСС, диалектический и исторический материализм, политическая экономия, научный коммунизм. Не сразу, но со временем в учебных планах появились профессиональные дисциплины (история библиотечного дела, общее библиотековедение, библиотечные фонды и каталоги, работа с читателями, организация работы библиотеки, общая и отраслевые библиографии). Очень жёстко (или жестоко?) всегда относились в наших вузах к иностранному языку: выучить его было невозможно, и об этом знали и студенты, и преподаватели. Но некоторые работали сами, учили, тратили время и силы, сдавали экзамены… Изредка оказывались за рубежом, например в США. И даже привозили оттуда дипломы магистров. Общим в их судьбе бывало одно: они с трудом находили себе место в нашей системе. Поэтому больше исключением, чем нормой являются доктора наук — авторы уникальных монографий, материалы для которых они подготовили в США. Их всего несколько, и живут они в разных городах России.

Я не считаю, что мы поступаем правильно, сохраняя якобы гуманитарную составляющую на наших библиотечно-информационных факультетах. Мне кажется, что вступительными экзаменами для студентов — будущих библиотекарей должны быть: 1) русский язык (письменно); 2) информатика; 3) иностранный, только один, английский, язык. Думаю, что надо бороться за право принимать экзамен по специальности. Может быть, в форме собеседования, но с оценкой, с которой согласится абитуриент. Нам нужны люди образованные, начитанные, умеющие рассуждать, с ясной и грамотной речью, понимающие, что будущая профессия потребует от них непрерывного образования на протяжении всей жизни. Практическим английским языком библиотекарю придётся владеть свободно. Мы и сегодня это понимаем, но не хотим признать. Через пару десятилетий станет ясно: английский — наш второй профессиональный язык. Работать в рамках русского сегмента Интернета, не умея войти в зарубежные базы данных и каталоги, стыдно уже сегодня.

Чтобы быть готовым изучать специальность в вузе, надо поработать в библиотеке. Не чтобы принести справку, а чтобы разобраться в себе и понять своё место в библиотеке. Мне пришлось слышать рассказ поступающей, забыть который я не могу уже много лет: «Библиотека — это несколько комнат, в одной читают, в другой выдают и расписываются. Перед ними гардероб. Есть что-то ещё заднее, но туда не пускают». Я послал её в «заднюю комнату». Она стала студенткой и получила красный диплом.

Социологи уже выяснили, что желание поступить учиться на библиотекаря определяется, как правило, признаниями «люблю читать» (вариант «люблю книги») и «люблю людей». Но двое на сотню признаются в том, что они любят библиотеку. И даже спокойно отнесутся к книжной пыли. Вот их надо брать и учить, остальным — рекомендовать сначала поработать. Многие уйдут навсегда.

Только собеседование поможет выявить в массе молодых людей с прочной нервной системой, устойчивых психически и, что очень важно, физически здоровых, готовых работать не только в коллективе, но и в команде, гасить конфликты, понимать юмор, проявлять доброту, внимание и терпение по отношению к инвалидам. Каждому библиотекарю придётся не раз в жизни сдавать экзамен на толерантность. Времени на подготовку, как правило, не бывает.

Учиться всему этому, полировать свой характер, вырабатывать умения и навыки поможет преподаватель, которого у нас сегодня в вузах нет: специалист по социальной психологии. Другие учебные курсы называть не хочется. Не дошёл ход. Придёт время — всё станет ясно. Исходить надо из главного принципа жизни: всегда быть недовольными status quo. Это — единственный путь к прогрессу.

Трудные слова в заключение. Почему библиотеками в нашей стране руководят чиновники «от культуры»? Между прочим, многие из них понимают под культурой искусство, думают, что мы занимаемся только художественной литературой. Вряд ли чиновник сможет объяснить, что такое книжная культура. О кино, театре, естественно, о музеях и архивах он знает много больше. А что ему известно о библиотеках? Ему, например, понятно, что зоопарк будет приносить доход, но сначала зверей надо кормить, чтобы у посетителей было на что смотреть. А что нужно делать с библиотеками, чтобы они не казались посетителям «тощими», хуже голодающих животных? Представляет ли он, как библиотекарь может прокормить своих близких на те гроши, которые ему выдают муниципальные бюджеты? Знают ли в Правительстве РФ, что библиотеки для этих бюджетов всегда пятое колесо в телеге, которое вечно мешает, требует, ставит вопросы и вообще так плохо ведёт себя, что лучше бы его не было… И если обстоятельства складываются так, что отдельную библиотеку можно исключить из статистики (сгорела, например, или попала в паводок и залита до потолка грязью), то это надо сделать: составить акт о «естественной убыли», посчитать для очищения совести, что её и не было, и трудоустроить библиотекаря, если тот сам не уйдёт…

А кому же руководить библиотеками? Пусть этим занимаются сами библиотекари — у них есть для этого свои профессиональные организации. Пока, правда, в нашей стране весьма бессильные. Но с годами государство должно научиться их уважать.

На словах оно часто декларирует важность «общественных начал»…

А почему только начал? Мне кажется, что библиотечная ассоциация может руководить куда лучше некоторых министров культуры и «продолжениями». Список министров культуры есть в Интернете. Посмотрите: среди «бывших» мы обнаружим не только партийных и советских деятелей с не всегда понятным образованием, но и тех, кто оказался министром, оставив пост посла, ректора консерватории, литературоведа и режиссёра. Некоторые работали на этом посту два — четыре года или чуть больше, другие — по 15 и более лет. Но… не запомнились. Кроме одного, которого многие годы вспоминают библиотекари, — М.Е. Швыдкого. Его и сейчас мы уважаем. И обижаемся, когда он себя называет чиновником. Михаил Ефимович лучше многих библиотекарей знает и любит библиотечное дело.

Уверен, что все со мной согласятся: наше правительство не знает, кто должен руководить культурой страны… А библиотеками? Мне совершенно ясно, что библиотечное дело — это не та «культура», которая состоит из почти одного искусства (в последние годы ещё из археологии и военной истории). Это — совсем другая сфера социальной жизни страны.

Понятно, что у этой статьи не может быть продолжения.

Опубликовано в номере январь-февраль 2019

 



Какие форматы доступа на электронную периодику для вас наиболее интересны?
 

 


webbanner-08-video

 

 webbanner-07-nacproekt

 

 webbanner-01-neb

 

 webbanner-02-fz-o-kulture

 

webbanner-red-03-ebs

 

webbanner-red-04-kn-rynok

 

 webbanner-red-05period-pechat

 

 webbanner-red-06-ros-poligrafiya

 

webbanner-red-10-sost-kultury

 
Copyright © ООО Издательский дом "Университетская книга" 2011
Все права защищены.
Студия Web-diamond.ru
разработка сайтов и интернет-магазинов.