Книжный рынок и издательства   Библиотеки   Образование
и наука
  Конкурс
“Университетская книга”

Октябрь 2019
"Издательские инициативы: стратегия и тактика"

  • Лойда ГАРСИА-ФЕБО: «Наше будущее - в помощи людям»
  • Драйверы рынка и инвестиции в развитие
  • Книжный фикс-прайс: российские перспективы
  • ИФЛА-2019: диалог для изменений



МультиВход

t8

 

Интервью

Книжный рынок

Вузовские издательства

Искусство издавать

Библиотеки

Образование

Инновационные технологии

Электронные библиотеки

Культура книги

Библиогеография

Библиотехнологии

Выставки и конференции

Конкурсы и премии

Документы

Copyright.ru

КНИГА+

Год литературы

Журнал Онлайн

 

obnar-zaimstv-2019

 

ufimskiy-salon-2019

 

lit-flagman1




 

rgdb-podari-rebenku


Рассылка


Сфера культуры: законодательные приоритеты
25.03.2019 08:49

По словам Председателя Комитета по культуре Государственной Думы Елены ЯМПОЛЬСКОЙ, приоритетная задача сегодняшнего дня — вывести отрасль из-под действия различных законов, способных нанести ей серьёзный вред.

zakon112Защита произведений литературы и кино от жёстких правил возрастной маркировки, реформирование Федеральной контрактной системы, совершенствование правительственного законопроекта о борьбе с билетной мафией, авторское право и антипиратские инициативы — первоочередные вопросы в повестке Комитета на начало 2019 г. Встреча с депутатами профильного комитета состоялась в МИА «Россия сегодня».

Как отметила Е. Ямпольская, первая половина осенней сессии была посвящена тому, чтобы «внести изменения в изменения». Поправки, принятые летом в Федеральный закон «О государственной поддержке кинематографии», отсекли целый пласт международных кинофестивалей, в частности ввели обязательное жюри, обязательную конкурсную программу, ограничили количество дней, показов каждого фильма и т.д.

sfera-kultury-1

Заместитель главы Комитета по культуре Александр ШОЛОХОВ добавил, что работа зачастую строится не pro, а contra.

— Мы занимаемся не тем, что инициируем или продвигаем что-то новое, а тем, что совершенствуем и даже отменяем некоторые решения, принятые ранее. Зачастую это связано с недоработкой законодательной базы. Причём сама норма не всегда плоха, но на уровне правоприменения хороший закон превращается в невероятную догму, которая может препятствовать проведению кинофестивалей, ограничивать распространение литературы и т.д. Следует понимать: закон — это ещё не конечная стадия. Определяющим показателем является компетентность людей, которые его применяют.

Е. Ямпольская продолжила:

— Когда начинаешь разбираться, оказывается, что проблема может быть в законе, а может — в подзаконном акте или в его отсутствии, а ещё — в правоприменительной практике. Сейчас мы взялись за такую непростую тему, как возрастная маркировка произведений искусства. Провели круглый стол с максимальным представительством экспертов всех жанров и столкнулись с тем, что сложные вопросы чаще всего лежат в плоскости правоприменения. Кто-то перестраховывается, не должен по закону, а делает, не нужно, а проверяет. Будем пытаться менять подходы к маркировке на всех уровнях: закон, подзаконный акт и правоприменительная практика.

По итогам круглого стола депутаты совместно со специалистами пришли к выводу, что должна быть единственная запретительная маркировка.

— Будет это 16 лет или 18 — предмет обсуждения с психологами, но совершенно очевидно, что аналогия с «Детям до 16 запрещается» должна работать, подчеркнул А. Шолохов. — Если государство ратует за общественную нравственность, то такие меры необходимо принимать. Как пояснили психологи, которые работали над предыдущей версией закона, они не имели в виду никаких запретительных мотивов для промежуточных маркировок. Раньше это называлось «Для дошкольного чтения», «Для младших классов», «Для средней школы», «Для старших классов». Такие рекомендательные нормы не запрещают восьмилетнему ребёнку читать то, что можно читать в 12, а скорее предписывают, что в данном возрасте следует ознакомиться с определённым произведением. Если ребёнок до шести лет не прочитал «Серую шейку», то у него будут некоторые пробелы. А если он в 12–14 лет не знает Тома Сойера, то в 25 читать эту книгу уже бессмысленно. С другой стороны, если ребёнок в восемь лет или раньше хочет прочитать «Тома Сойера», кто ему это может запретить.

По словам А. Шолохова, проблема состоит в том, что промежуточные маркировки были внесены в закон и их стали использовать как императив, как запретительные меры. Соответственно культурные отрасли получили запрет на продажу книг авторов, которые входят в школьную программу, неполучение прокатных удостоверений для фильмов и такие, например, странные факты, когда подмосковные библиотеки уличили в «нарушении»: у них не хранилась литература, маркированная «18+», отдельно от детской на расстоянии не менее 100 м. Очевидно, что с подобным подходом к правоприменению можно дойти и до более абсурдных казусов.

sfera-kultury-yampolskayaТему продолжила Е. Ямпольская:

— Наше телевидение может показывать всё что хочет. Да, там появляется значок возрастной маркировки, но кого он интересует? У каких родителей есть время и силы отслеживать каждую секунду, что показывают и где в это время находится ребёнок? У нас есть Интернет, который вообще не поддаётся регламентации. Мы живём в XXI в., а регулировать пытаемся методами вчерашнего дня. Странно, что до сих пор в Третьяковке каждая картина не промаркирована, почему в какой-то момент остановились и не повесили на Давида знак «18+». В законе присутствует оговорка, что не маркируются произведения большой художественной и исторической ценности. Но такого юридического понятия нет. Для одного ценность бОльшая, для другого — меньшая. Всё это приводит только к гражданскому разладу.

Ещё недавно директор Московского дома книги Надежда Михайлова была вынуждена разместить на кассе надпись, что, если вы хотите купить книгу с маркировкой «18+», не обижайтесь, когда попросят показать документ. У нас литература приравнена к алкоголю! Мы ставим между человеком и культурой бесконечное множество барьеров, и на каждом написано: «Не читай, убьёт!», «Не смотри, опасно!». Это так легко — приучить не читать, не смотреть. Но если в 14–16 лет интерес к чтению не сформирован, то он никогда не появится. И кого мы вырастим, боясь, как бы раньше времени ребёнок не столкнулся с жестокостью? Человека, не умеющего сочувствовать, без эмоционального опыта, который несёт в себе культура, дающая понять, что многое со многими уже происходило. Такого человека должны вести по жизни психологи, хотя при этом у него есть Интернет, игры, соцсети. И когда в его жизни возникает подростковая обида, он считает, что никогда и ни у кого подобного не было. Череда последних трагедий во многом связана с психологическим ограждением человека от чужих страданий.

Придерживаюсь той точки зрения, что строгое ограничение должно быть «18+», а остальное — рекомендации психологов и педагогов, чтобы родителям было легче ориентироваться. На мой взгляд, в нашем законодательстве есть абсолютно всё для защиты от экстремизма, от пропаганды наркотиков или терроризма. Если определённый контент содержит такие призывы, можно пользоваться соответствующими законами. Если в нём много ненормативной лексики, то ставьте знак «18+».

Мы ожидали, что наши инициативы встретят противостояние со стороны чиновников, но они попросили нас прекратить этот беспредел: нет ни сил, ни ресурсов за всем этим следить.

Ещё один камень преткновения, по выражению Е. Ямпольской, — нацистская символика. Сегодня этот предмет регламентируется двумя законами. В Федеральном законе «О противодействии экстремистской деятельности» запрещены использование и пропаганда (подразумевается, что должно быть и то и другое), а в Федеральном законе «Об увековечивании победы советского народа в Великой Отечественной войне» написано, что запрещены любое использование и любая демонстрация.

— Если пользоваться нормами последнего документа, то любой советский фильм — и «Семнадцать мгновений весны», и «Обыкновенный фашизм» — может быть запрещён, — прокомментировала глава профильного комитета. Совсем недавно Минкультуры России не выдавало прокатного удостоверения фильму «Похищенные сокровища Европы», хотя в нём не было никакой пропаганды, а сюжет рассказывал о том, как фашисты вывозили ценности с оккупированных территорий. Однако там присутствовала символика, а в стране есть закон, который её запрещает. Правовая коллизия существует уже несколько лет и наносит урон нашей репутации. Если закон называется «Об увековечивании победы советского народа в Великой Отечественной войне», то он должен быть абсолютно безупречен и не имеет права вызывать негативную реакцию у сограждан. Мы внесли предложение о том, чтобы нормы в обоих законах были одинаковыми, а из КоАП РФ были изъяты наказания, если речь идёт об искусстве, литературе, кино, образовательных программах. Ко второму чтению постараемся включить музейную деятельность и театрализованные представления.

В канун Года театра Комитет по культуре Государственной Думы провёл круглый стол по поддержке театрального дела в России, на котором присутствовали представители не только столичной театральной элиты, но и большого числа регионов. Как отметила Е. Ямпольская, наиболее острые вопросы коллег касаются Федеральной контрактной системы. Сейчас депутаты выходят на финальную стадию разработки поправок.

sfera-kultury-sholohovСитуацию прокомментировал А. Шолохов.

— Это касается не только театра: вообще вся сфера культуры задыхается в рамках ФЗ-44. Общаясь с коллегами из самых разных областей, мы приходим к выводу, что сегодня всё меньше творчества и всё больше администрирования, направленного на буквальное исполнение положений этого закона. Помимо того что в Комитете сейчас подготовлены предложения по ФЗ-44 в развитие поручений Президента РФ, необходимо говорить о некоторых смежных областях. Например, это социальное нормирование: с ним нам пришлось серьёзно бороться на рубеже 2017–2018 гг. Достижением Комитета и всех коллег, которые этим занимались, стало то, что учреждения культуры из-под социального нормирования практически выведены. Этого, к сожалению, не удалось ни учреждениям образования, ни учреждениям здравоохранения. Речь идёт о том, что если есть населённый пункт с числом жителей, то на него положен один театр, полтора музея и 0,2 цирка. Если это 0,2, то цирка там вообще не будет. В Якутске на 600 тыс. жителей четыре музея — это много, значит, часть из них нужно закрыть. Небольшой город в Ростовской области Шахты располагает четырьмя кинотеатрами и двумя театрами. Театров многовато, а кинозалов мало, их нужно принудительно открывать, для того чтобы дотянуть до социальной нормы. Мы долго работали над тем, чтобы подобные механистические подходы к культуре не применялись, а ФЗ-44 — это другая сторона той же медали. В культуре есть творческая составляющая, и на неё невозможно распространять социальные нормы и Федеральную контрактную систему. Совершенно очевидно, что если нужен конкретный режиссёр или художник, то конкурс проводить нет смысла.

На пресс-конференции зашла речь о преференциях для частных музеев. Могут ли они пользоваться налоговыми вычетами, льготами по землепользованию? У заместителя председателя Комитета по культуре вполне определённая позиция.

— На сегодняшний день существует серьёзная полемика по поводу музеев. Музей определяет коллекция, которая формируется годами, десятилетиями, а иногда и веками. Это продукт большой научной работы. Ни один музей не собирает предметы просто так. В уставе любого классического музея написано, что он создаётся для собирания, хранения, изучения и представления коллекций. Поэтому от музеев нужно сразу отсечь учреждения, которые являются, по сути, развлекательными и называются, например, музей шоколада, музей водки и т.п. Настоящие музеи обладают существенными преференциями, в том числе налоговыми, и естественно, что у многих возникает желание назвать свою частную выставку музеем и требовать льгот. Конечно, бывают настоящие частные музеи, но их меньшинство.

В ходе мероприятия поднимались и вопросы борьбы с пиратством. В частности, Комитет по культуре совместно с Минкультуры России и Минкомсвязи России рекомендует:

·         подготовить предложения по совершенствованию законодательных механизмов борьбы с пиратством в Сети, в том числе по установлению в законодательстве обязанности операторов поисковых систем по требованию правообладателей удалять из результатов поиска ссылки на сайты, где нелегально используются объекты авторских и смежных прав, а также обеспечивать приоритетное представление ссылок на легально размещённый контент;

·         Минкультуры России продолжить работу над федеральными законами по введению досудебной блокировки анонимных сайтов на основании решения Роскомнадзора по представлению правообладателя, сокращению срока принятия мер по удалению пиратского контента с семи рабочих дней до трёх суток. Как отметила Е. Ямпольская, об этом особенно просят кинематографисты: все премьеры выходят по четвергам и первый уикенд решающий: либо собрали кассу, либо нет;

·         Минкомсвязи России ускорить подготовку нормативно-правовых актов, необходимых для эффективной реализации законов, ФАС России подготовить предложения по вопросу запрета рекламы на сайтах, содержащих нелегальный контент;

·         ФАС и ФНС России подготовить предложения о внесудебной блокировке сайтов, размещающих запрещённую рекламу, в том числе рекламу онлайн-казино;

·         МВД и Минкультуры России усилить ответственность за съёмки непосредственно на премьерах фильмов.

— Мы стараемся изучать мировой опыт, недавно общались с представителями Google, и выяснилось, что за рубежом реклама в принципе не может быть продана пиратам: это вопрос деловой репутации. Далеко не всё в нашей жизни регулируется законами. Очень многое зависит от человеческих представлений о добре и зле. Мне бы очень хотелось, чтобы наши поисковики исходили именно из этого: с ними никто не будет иметь дела, пока в выдаче появляются сначала пять нелегальных ресурсов, а потом уже легальный сервис. Пока все эти инициативы не внесены в Госдуму и находятся в активной разработке, — пояснила глава Комитета по культуре.

Ещё одно направление работы — правовая охрана народных промыслов. Е. Ямпольская предлагает создать товарный знак, чтобы охранялась вся стилистика народного промысла, а не просто авторские права на рисунок отдельного мастера. Речь идёт не о конкретных изделиях, которые производятся в данной местности, а о художественных решениях, создающих в городе уютную атмосферу.

— Надеюсь, что в весеннюю сессию мы выйдем на законодательные инициативы и у народных промыслов появится авторское право. Смысл в том, чтобы конкретное предприятие могло получать деньги за использование их решений в оформлении городского пространства.

Работа не на ближайшую перспективу, а на весь срок полномочий нынешнего состава Комитета — это Федеральный закон «О культуре». В той концепции, которая принята как эскиз, это закон уровня кодекса, затрагивающий все сферы деятельности. Необходима будет дальнейшая гармонизация с остальным законодательством и его правоприменением.

Как организовать диалог между властью, обществом и сферой культуры, чтобы максимальное число проблем решалось мирным путём, а не выплёскивалось в виде скандалов? По мнению Е. Ямпольской, необходимо постоянное общение и диалог должен быть не только взаимно вежливым, но и компетентным.

— При Комитете по культуре завершается формирование Общественного совета, в который мы пригласили деятелей культуры, психологов, представителей разных отраслей и сторон. Думаю, что на первых заседаниях обсудим главную тему — как можно регулировать культуру не в приказном порядке. Наша задача — договариваться и искать компромиссы.

Опубликовано в номере март 2019

 



Какие форматы доступа на электронную периодику для вас наиболее интересны?
 

 


webbanner-08-video

 

 webbanner-07-nacproekt

 

 webbanner-01-neb

 

 webbanner-02-fz-o-kulture

 

webbanner-red-03-ebs

 

webbanner-red-04-kn-rynok

 

 webbanner-red-05period-pechat

 

 webbanner-red-06-ros-poligrafiya

 

webbanner-red-10-sost-kultury

 
Copyright © ООО Издательский дом "Университетская книга" 2011
Все права защищены.
Студия Web-diamond.ru
разработка сайтов и интернет-магазинов.